Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия)

Статьи, фото и видео архивы

Модератор: ashdod

Share |

Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия)

Сообщение Tortuar » 09 дек 2010, 21:31

Фольке Бернадотт, граф Висборгский, член королевского дома Швеции, был убит 17 сентября 1948 года в Иерусалиме. Террористам удалось бежать, и они никогда не были пойманы и осуждены.
Сегодня, спустя более чем шестьдесят лет, общепризнанной считается версия, согласно которой теракт организовали и совершили боевики еврейской террористической организации ЛЕХИ (Лохамей Херут ле-Исраэль - Борцы за свободу Израиля).
Однако имеются факты и суждения, которые подвергают некоторому сомнению эту общепризнанную версию.

Вторая же версия, имевшая некоторое хождение в то время, а сегодня «благополучно» забытая, состояла в том, что боевики ЛЕХИ были исполнителями, а заказчики преступления находились далеко за тысячи километров от Иерусалима.
Первая версия является общепризнанной, потому что она опирается на более или менее стройную систему фактов и довольно правдоподобное обоснование причины убийства.
Вторая версия была лишь названа, но почти никак не обоснована. Она даже не выясняла, чем же руководствовался заказчик, если он был на самом деле. Впрочем, сторонники этой версии не были согласны между собой в главном - кто же был заказчик. Одни считали, что заказчик сидел в Москве, другие - в Лондоне.

Рассмотрим эти две версии в двух частях нашего рассказа. В первой части - первую версию, во второй - вторую.
Что же до загадок покушения, то вот первая из них. Официальное следствие по делу о покушении зашло в тупик. Ни организаторы, ни исполнители не были не только найдены и осуждены, но даже не названы. До сих пор Государство Израиль как бы не знает, кто покушался на Фольке Бернадотта и почему. И это при том, что спустя несколько десятилетий после теракта, некоторые участники даже назвали себя и объяснили мотивы своих действий. Есть мнения, объясняющие это загадочное молчание, о нем мы скажем несколько позже, но соответствует ли оно действительности, не известно.

Часть первая.

Версия № 1 или «Жертва мирного процесса».

Как известно, 14 мая 1948 года, в пятницу, руководство еврейского ишува в Палестине провозгласило создание еврейского государства - Государства Израиль. На торжественном заседании в Тель-Авиве была принята Декларация Независимости, в которой евреи предлагали мир, дружбу и взаимовыгодное сотрудничество жителям соседних арабских стран на основе ноябрьской, 1947 года, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН № 181.

Арабские страны ответили незамедлительной агрессией. Ночью, с 14 на 15 мая египетская авиация бомбила Тель-Авив, а 15 мая армии пяти арабских стран - Египта, Трансиордании, Сирии, Ливана и Ирака - перешли границу Палестины с отнюдь никем не скрываемой целью: «сбросить евреев в море!» С точки зрения лидеров арабских стран, цель была не только справедливой, но и богоугодной.
Евреи, в своем большинстве, «не поняли» арабов, не согласились с ними и, более того, решили сопротивляться. Им повезло. Сталин, исходя из своих геополитических и классовых соображений, решил им помочь. Оружие и боеприпасы поставляла Чехословакия, где только что (в феврале 1948 года) произошел коммунистический переворот. Сталин надеялся на то, что с Ближнего Востока будет изгнана Великобритания, поддерживавшая арабские режимы, и, как минимум, в Хайфе и Эйлате можно будет разместить советские военно-морские базы. А там, чем черт не шутит, если власть захватят просоветски настроенные партии и организации, то Израиль превратится в еще одно дружественное СССР государство. Ну, а пока, поскольку евреи оказались в очень сложном, с военной точки зрения, положении, им следовало помочь.

Прошла неделя, и стало понятно - арабский блицкриг не удался. Но и Израиль пока еще успехами не отличился.
Постоянные члены Совбеза ООН, как бы озабоченные сложившейся обстановкой, решили послать в район конфликта своего представителя, который должен был ознакомиться с положением дел на месте. Можно подумать, что никто не знал о планах арабских стран (они трубили об этом, где только могли!) уничтожить Израиль, как только англичане выведут свои войска из Палестины.
Такие дипломатические «игры», имеющие свои беспринципные правила, поощряющие агрессора, можно наблюдать и сегодня, и не только по отношению к ближневосточному конфликту.

В общем, послали на Ближний Восток посредника с «миротворческой миссией», то есть, с тем, чтобы дать еще немного времени агрессорам для уничтожения Израиля. Как ни странно, евреи ожесточенно сопротивлялись, чего от них никто не ожидал, и, более того, в некоторых местах они даже пытались перейти в наступление. Правда, пока еще безуспешно. Здесь сказывалось и отсутствие достаточного числа военнослужащих, и нехватка оружия и боеприпасов, и недостаток военного опыта у политического и военного руководства Израиля.
Но уже к концу мая стало понятно, что просто так эту лавочку - еврейское государство - не прикроешь. Необходимо определенное политическое и дипломатическое давление со стороны великих держав.
Поэтому граф Бернадотт - а это именно он был назначен представителем ООН - предложил провозгласить прекращение огня.

О графе Бернадотте замолвим словечко.

Надо сказать, граф был самого высокого мнения о себе как об организаторе переговоров. И правда, это был опытный дипломат, он свободно владел шестью языками.
Во время Второй мировой войны Фольке Бернадотт в качестве представителя Красного креста организовал обмен военнопленными, непригодными к дальнейшей военной службе, между Германией и союзниками. В 1943 г. Бернадотт стал вице-президентом, а в 1946 г. президентом шведского Красного креста. В последние месяцы войны Бернадотт вел переговоры не с кем-нибудь, а с рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером, добиваясь от него освобождения узников нацистских лагерей смерти.

Как пишет американский историк Говард М. Сакер, «свою миссию граф выполнял с исключительной (а с точки зрения евреев - непростительной) осторожностью и оглядкой, до последнего момента воздерживаясь от того, чтобы дать Гиммлеру гарантию неприкосновенности. Хотя тысячи евреев были перевезены на запад Германии, где их впоследствии освободили англичане и американцы, большинство заключенных в лагерях уничтожения, которые еще оставались в живых в апреле 1945 года, погибло в мае.
Тем не менее, шведский дипломат полагал, что добился успеха, и позже без колебаний рассказал о том, как он спасал «своих» евреев от нацистских людоедов».

В то же время, в Электронной еврейской энциклопедии говорится о том, что в результате переговоров между Бернадоттом и Гиммлером (март - апрель 1945 года) «из концлагеря Терезиенштадт… было освобождено более 7 тысяч граждан скандинавских стран, среди которых было 400 датских евреев.
Бернадотт способствовал также освобождению нескольких тысяч еврейских женщин из концлагеря Равенсбрюк, большинство из которых нашли убежище в Швеции».

В общем, Праведник мира и только. Правда, почему-то до сих пор не признанный Израилем, или, как сказал один журналист из газеты «Индепендент», «Забытый праведник». Почему? Точно не известно. Есть только предположения, объясняющие такое поведение израильских властей. Если более конкретно, поведения комиссии при музее «Яд ва-Шем». Вот Вам, уважаемый читатель, вторая загадка.

Ультиматум жертве, или условия первого перемирия.

Однако продолжим наше повествование. Итак, в конце мая 1948 г. Совбез ООН обратился к противоборствующим сторонам с требованием: с 11 июня (иногда пишут, с 10-го) прекратить любые военные действия. Это прекращение огня должно было продолжаться в течение четырех недель.
Надо сказать, что условия перемирия, предложенные графом Бернадоттом, были достаточно жесткие… для жертв агрессии, то есть для израильтян. Это выражалось даже в терминологии, которую использовали американские и английские государственные деятели. Агрессоров, которые впятером напали на только что созданное государство, называли «умеренными арабскими странами», хотя всем было известно, что эти «умеренные» еще пару недель назад не только не подверглись агрессии, но сами собирались уничтожить еврейское государство, созданное, между прочим, в том числе и по воле ООН. Понятно, если есть «умеренные», то есть и агрессор, который и должен понести наказание.

Разумеется, посредник, а тем более представитель такой нейтральной страны как Швеция, должен был сформулировать условия перемирия так, чтобы они казались справедливыми по форме и издевательскими по существу.

Во-первых, Бернадотт полагал, что ввоз оружия в воюющие страны должен быть прекращен. Право же, красиво звучит! За скобками же оставалось то, что проконтролировать ввоз оружия в пять арабских стран с их огромной территорией и бесконечными никем не охраняемыми границами в пустыне практически невозможно. Израиль же с его морской границей в несколько десятков километров (не забудем, что египетская армия стояла около нынешнего Ашдода), контролировать было намного проще.
Кроме того, арабские страны, задолго до создания Израиля, пополняли свой арсенал вполне легально: получая оружие, боеприпасы и советников с инструкторами в соответствии с заключенными соглашениями с Великобританией. В этом смысле, арабы подготовились к войне неизмеримо лучше израильтян. В Израиле, например к началу войны не было ни артиллерии, ни авиации, ни танковых войск. В арабских армиях это все имелось на вооружении.

Однако, как ни странно, обе стороны согласились (! - А.Б.). с данным условием, хотя и те и другие, не потеряли желания бороться со своим противником с помощью оружия. Одни, то есть арабы, до полного его уничтожения, другие, израильтяне - до создания благоприятных условий для собственного выживания. Вот Вам еще одна загадка с разгадкой. И арабы, и евреи рассчитывали на пополнение своего арсенала путем контрабанды. А поставщики? Может быть, они боялись гнева великих держав, которые только что, за какой-нибудь десяток дней до перемирия, приняли эти условия? Так может подумать только тот, кто не интересуется мировой политикой. Не могут же люди бояться самих себя? Не боятся самих себя и великие державы. Иначе, какие же они великие? В общем, СССР и Франция согласились помочь Израилю, а Великобритания и США - арабам. Другое дело, во что это вылилось. В Израиле, кстати, чуть не произошла гражданская война.

Однако поговорим про второе условие. Граф предложил, а Совбез ООН утвердил, «запретить въезд людей призывного возраста в воюющие страны».
О, это верх справедливости! Разве будут воевать страны, если людей призывного возраста не будет совсем? Конечно, нет. Так думал граф. И не ошибся. Так думали тогда, так думают и сегодня «истинные миротворцы».
Но так как мы пишем не о мире, а о войне, то напомним читателю, что число евреев в ишуве было раза в два меньше палестинских арабов и во много раз меньше численности арабов в странах-агрессорах. Следовательно, и людей призывного возраста в Израиле было в разы меньше, чем у его врагов. Поэтому предложение Бернадотта иначе, чем издевательством, назвать трудно. И все же Бен-Гурион, премьер-министр Израиля, принял это условие. Да и арабы тоже. Почему? Да потому что и тем и другим нужна была передышка. Как же Бен-Гурион выкрутился из этого положения? Очень просто. В армию были призваны 17-летние ребята, а также холостые мужчины в возрасте до 36-38 лет. Женатые мужчины - до 35-летнего возраста. Мужчины в возрасте до 42 лет были призваны на рытье окопов.

Первый план «мирного урегулирования».

Почему мирное урегулирование в кавычках? Да потому что здесь, на Ближнем Востоке, планы мирного урегулирования израильтян с палестинцами, как правило, ведут к конфронтации, а не к миру. Однако забудем, на минуточку, опыт шестидесяти лет и посмотрим, что же сотворил за какие-нибудь пару недель наш миротворец, то есть, почти что всеми уважаемый граф Бернадотт.
Итак, в июне 1948 года Фольке Бернадотт - пятидесятитрехлетний, энергичный, подтянутый, общительный человек - рассматривал ситуацию в Палестине как дело своей жизни и стремился от договора о прекращении огня перейти прямо к заключению мирного договора. Если бы он сумел этого добиться, у него были бы шансы получить Нобелевскую премию мира.

Сегодня мы знаем, что никакого мира он не добился. Но дело не в том, что он не смог разработать мирный договор. Он его разработал, о чем речь чуть ниже. Дело не в том, что он наивно стремился как можно быстрее разрешить только что начавшийся межгосударственный конфликт. И дело даже не во вполне понятном, по-человечески, его желании получить Нобелевскую премию мира осенью.
Дело в его полном игнорировании существенных реалий, как в регионе, так и в мире.

Во-первых, он не учитывал уровень ненависти арабов к евреям, их желание немедленно уничтожить еврейское государство. Арабы до сих пор, спустя шестьдесят лет, не могут даже на словах признать еврейское государство. Можно себе представить, что было тогда, в июне 1948 года, когда они считали, что перемирие украло у них победу.

Во-вторых, он совершенно не понял, что евреи не только горят желанием отстоять в бою свое государство, но и располагают для этого смелыми и храбрыми солдатами, умелыми командирами, высококвалифицированным, несмотря на массу ошибок, политическим руководством.

В-третьих, Бернадотт совершенно не учел, что в данное время, в данном месте пересеклись интересы трех великих держав - США и Великобритании, с одной стороны, и Советского Союза, с другой.

В общем, на основе анализа первого этапа войны и формальных уступок Бен-Гуриона Бернадотт пришел к выводу о том, что резолюция, принятая ГА ООН 29 ноября 1947 года, оказалась неудачной. А она, между прочим, призывала к созданию двух государств - арабского и еврейского.
Он пришел к выводу, лежащему на поверхности (тем более, что арабы твердили об этом целый год!): «категорическое неприятие раздела Палестины и создания отдельного еврейского государства арабскими странами не могло не привести к осложнениям военного характера».
Как красиво сказано - «осложнения военного характера». Согласно этой, более чем странной, логике, агрессия арабских стран превращается в нечто неизбежное, понятное и даже почти что легитимное, а агрессоры превращаются в «умеренные страны».

Но на этом рассуждения не заканчиваются. Если агрессия принимается как следствие резолюции ГА ООН, то препятствием к миру становится… еврейское государство. Оно совсем уже даже не жертва агрессии, а бревно, которое лежит поперек дороги к миру. А если это так, то его надо убрать. Что и предложил, не мудрствуя лукаво, наш горе-миротворец.

План заключался в пересмотре резолюции ГА ООН по фундаментальным вопросам:

1. Вместо двух независимых государств, предусматривалось создание двух независимых «членов союза», в котором арабская сторона представляла собой отнюдь не арабо-палестинское государство, а расширенное Королевство Трансиорданию.
Одним махом двух побивахом! И то верно, кому нужно это еврейское независимое государство? С глаз долой - из сердца вон. А арабское? Палестинское? Ну, а им- то оно зачем? Они за него не голосовали, они за него не воевали.

Что же еще предложил Бернадотт?

2. На два года снять ограничение на еврейскую иммиграцию. Затем право определять абсорбционные возможности Палестины передавались социально-экономическому Совету ООН. Неявно предполагалось, что численность граждан должна определяться не столько развитием хозяйства, сколько размером территории.
3. Посредник настаивал на том, чтобы все палестинские арабы вернулись домой, а их имущество возвращено.
4. Предлагалось также передать Негев Трансиордании, а западную Галилею как компенсацию за него - Израилю. (Заметим, «компенсация» в несколько раз уступала по площади конфискованный Негев. Впрочем, в то время Негев был «освобожден» Египтом).
5. Иерусалим отходил к Трансиордании, хотя по резолюции ГА ООН он не должен был войти ни в еврейское, ни в арабское государства. Он входил в так называемую «международную зону». Правда, Бернадотт милостиво гарантировал еврейскому населению «полную автономию».
6. Город Хайфа и аэропорт Лода получали статус свободной зоны.

«Мое предложение глубоко несимпатично».

Когда граф Бернадотт озвучил свой мирный план на тель-авивских переговорах, то, как он записал позже, «по выражению, которое появилось на лицах тех, кто сидел рядом со мной, я понял, что им глубоко несимпатично и мое предложение, и я сам».
Разумеется, реакция слушателей здесь оценена очень мягко. На самом деле, план привел в ярость обе стороны. Причем настолько сильно, что военные действия начались за день-два до окончания перемирия.

Потом еще не раз и не два мирные, по названию, планы будут способствовать скорейшему началу вооруженных конфликтов.
План не удовлетворял арабов уже хотя бы тем, что признавал за евреями право на некоторую автономию, на некий суверенитет, Пусть и в рамках союза с Трансиорданией. Арабы не могли смириться с тем, что предлагалось, пусть и на два года, снять контроль над иммиграцией евреев.
Кроме того, план явно раскалывал арабский фронт, противостоящий Израилю, уже хотя бы потому, что оккупированный египтянами Негев предлагалось передать Трансиордании. То есть, в плане просматривался дисбаланс в ущерб египтянам и в пользу иорданцев только потому, что за спиной последних стояла Великобритания.

Евреи были возмущены, кажется, всеми пунктами плана. Завоевав и провозгласив независимость, они не хотели отдавать ее никому. Срок в два года без ограничений для иммиграции их не удовлетворил. После первого этапа военных действий, когда многие арабы-мусульмане оказались «пятой колонной», правительство приняло закон об «оставленных территориях», согласно которому вся земля, дома и имущество беженцев переходили в собственность государства.
От Негева, который Бернадотт предлагал забрать у Египта, чтобы передать Трансиордании, и который, по мнению ООН, должен был отойти Израилю, израильтяне отказываться не желали. Понятно, что ни завоеванную в апреле Хайфу, ни Лод Израиль также не собирался передавать кому бы то ни было. Что касается Иерусалима, то большинство израильтян надеялось, что хотя бы часть его, хотя бы еврейские святые места Старого города, будут израильскими.

Реакция великих держав.

Надо сказать, что совсем по-другому реагировали Великобритания и США.
Постоянный представитель Великобритании в ООН Кадоган оценил план Бернадотта как реальный выход из «неразрешимой» ситуации насильственного раздела. С точки зрения Лондона, передача значительной части Палестины Трансиордании была отнюдь не недостатком этого плана (как думали израильтяне и все арабы, исключая иорданцев), а «очевидным достоинством».
Вполне приемлемым был план и для США.

А вот СССР этот план отверг, так как и Эйлат, и Хайфа оказывались, фактически, под британским (в случае с Эйлатом) и американским (в случае с Хайфой) влиянием. Трансиордания тогда полностью зависела от англичан, а влияние США в ООН, в том числе и в том же социально-экономическом Совете, было неизмеримо сильнее, чем СССР.
15 июля представитель Украины в ООН, выступая от лица СССР, подверг уничижительной критике план Бернадотта, который вступил в противоречие с принципами ноябрьской, 1947 года, резолюции ГА ООН. План был охарактеризован как «имеющий намерение уничтожить государство Израиль».

На сцене ЛЕХИ.

Не сидели, сложа руки, и еврейские националисты-экстремисты из организации ЛЕХИ.
(Вторая националистическая организация, ЭЦЕЛь, после потопления «Альталены» и ареста нескольких сотен ее активистов в ночь с 22 –го на 23-е июня, была просто не в состоянии адекватно реагировать на первый план мирного урегулирования).
Не зная, что в этот день, 9 июля, начнется второй этап военных действий, представители ЛЕХИ устроили пресс-конференцию для израильских и иностранных журналистов. На ней они ясно дали понять, что они против прекращения огня (можно подумать, что у них кто-то - арабы или евреи - спрашивал - А.Б.). Почему? Потому что это означало бы остановку на пути к верной победе евреев. На этой же пресс-конференции представители ЛЕХИ заявили, что если Бернадотт и другие сотрудники ООН не уберутся немедленно из Израиля, то они будут обходиться с ними так же, как и с англичанами.

Когда один американский журналист, не понявший намека, спросил: «Вы будете убивать их?» - «Именно так», - был ответ. И они отнюдь не блефовали. Но этим дело не ограничилось. Бернадотту посылали анонимные письма с угрозами. Геула Коэн, дикторша подпольного радио ЛЕХИ, также угрожала Бернадотту во время своих выступлений по радио.
Однако Бернадотт делал вид, будто не замечает, что кольцо вокруг него сужается.

.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 09 дек 2010, 22:48

Второе перемирие.

Следующее, второе, перемирие, начавшееся 18 июля, было введено отнюдь не в результате переговоров между, как с цепи сорвавшимися, противниками, а путем давления извне. Им было сказано открытым текстом - государствам, которые отказались бы подчиниться (то есть прекратить огонь), грозили экономические санкции. Проще говоря, как тогда, так и сейчас, у сильных мира сего есть рычаги давления, по меньшей мере, чтобы прекратить смертоубийство.
Перемирие было бессрочным. Впрочем, обе стороны по-прежнему не были удовлетворены результатами военных действий и готовились к новым сражениям.

Бернадоттовская «гвардия».

На время затишья Бернадотту был предоставлен солидный штат сотрудников. Ни много, ни мало, 310 шведских, американских, французских и бельгийских военных наблюдателей и технический персонал, необходимый для обслуживания восемнадцати самолетов, четырех кораблей, сотен (наверное, все же десятков - Т.) автомашин и множества радиопередатчиков. Этого было достаточно для наблюдения за исполнением условий перемирия, но недостаточно, чтобы обеспечить безопасность самому Бернадотту.

И опять пресс-конференция.

10 августа Бернадотт получил последнее предупреждение от организации ЛЕХИ. В этот день он приехал в Иерусалим на пресс-конференцию в качестве гостя бельгийского генерального консула.
Перед входом в здание стояли два джипа с плакатами на английском языке. На одном было написано: «Стокгольм - твой, Иерусалим - наш!»; на другом - «Твоя работа бесполезна, мы остаемся здесь!» Оба плаката были подписаны: «Борцы за свободу Израиля». То есть, ЛЕХИ.
Когда начали задавать вопросы, будущий непосредственный организатор убийства, Барух Надель, назвав свое имя, фамилию и газету (все знали, что эта газета организации ЛЕХИ), произнес: «Уважаемый посредник, вы хотите демилитаризовать Иерусалим, поскольку в нем находятся международные святые места. Хочу дать вам совет: почему бы не начать демилитаризовывать Стокгольм, поскольку там вручаются международные Нобелевские премии». Пройдет пара десятков лет, и Барух Надель в интервью газете «Эуропео» заявит, что фраза была «довольно глупой, но Бернадотт понял, что в зале присутствуют представители ЛЕХИ».

Вообще-то ЛЕХИ была небольшой военизированной организацией. Всего, на тот момент, в ней состояло 200 или 300 человек. Большой популярностью в еврейской среде Палестины она не пользовалась, влиянием - не обладала.
Более того, боевиков ЛЕХИ еще называли «бандой Штерна». По имени их первого руководителя и основателя организации. Авраам Штерн был убит в феврале 1942 года мандатной полицией. Идеология организации была националистической, методы - экстремистскими, террористическими. На этом основании нынешние журналисты относят их к правым. На самом же деле, среди боевиков ЛЕХИ были люди вполне прокоммунистических, антиимпериалистических взглядов, которых никак нельзя назвать левыми в обычном понимании этого слова.
По-видимому, именно малочисленность организации и ее небольшое влияние ввели Бернадотта в заблуждение относительно ее возможностей реализовать свои угрозы на практике.
(В принципе, он был, конечно, прав, но, скорей всего, он не мог предположить, что за спиной ЛЕХИ может стоять могущественный заказчик).

14 августа, через четыре дня после злополучной пресс-конференции, триумвират (руководителей ЛЕХИ) принял решение убить Бернадотта.
В этот триумвират входили - Натан Елин-Мор, Ицхак Шамир, будущий премьер-министр Израиля, и Исраэль Эльдад.

Чем же руководствовались командиры ЛЕХИ, принимая такое решение?

Здесь имеется, по меньшей мере, два объяснения. По мнению Баруха Наделя, необходимо было помешать Бернадотту выступить 20 сентября на ГА ООН в Париже с изложением своего второго плана мирного урегулирования. (О нем поговорим чуть позже - Т.). Еврейские боевики опасались, что предложения графа получат международную легитимацию. Тогда уже было ясно, что Иерусалим евреям он не отдаст.
Логика, конечно, странная, если не сказать больше. Можно подумать, что для ООН очень важно, кто именно читает тот или иной документ.
Представители разных стран в ООН руководствуются, как правило, отнюдь не той личностью, которая находится на трибуне, а теми инструкциями, которые они получают от своих правительств. Правительства же, как принято считать, вполне ошибочно, руководствуются национальными интересами.

Были и другие мотивы. Так как Бернадотт хотел превратить Израиль в маленькое государство, оторванное от мира - без Негева, без порта в Хайфе и аэропорта в Лоде, без Иерусалима и других святых мест евреев, - то это было равносильно созданию условий для его уничтожения. Следовательно… Ну, вывод ясен.
Как мало надо знать и понимать, чтобы убивать.
И еще, Командование ЛЕХИ объявило Бернадотта «британским агентом, сотрудничавшим с фашистами».
Вот таковы были мотивы тех, кто принял решение о теракте.
А теперь попробуем проанализировать второй план мирного урегулирования.

Второй план «мирного урегулирования».

Второй план Бернадотт разрабатывал целый месяц, с 13 августа по 16 сентября. (Первый он сварганил за неделю). За это время он успел побывать в Стокгольме, где в спокойной обстановке проанализировал сложившуюся ситуацию, а затем побывал на Родосе (греческом острове), где консультировался с персоналом своей миссии. За это время он подготовил девяностостраничный доклад для ГА ООН, который и отправил руководству ООН 16 сентября. 17 сентября он прибыл в Иерусалим, а 20-го собирался выступить на заседании Генассамблеи. Не успел.
Сегодня с большим удивлением глядишь на то, сколь быстрыми темпами он штамповал один план за другим. По-видимому, это объяснялось, кроме всего прочего, его очень высоким самомнением и абсолютным непониманием природы конфликта.
Впрочем, как это всегда бывает в большой политике, у него были очень влиятельные консультанты, которые имели свой интерес в этом регионе.
Так или иначе, граф довольно своеобразно учел сложившиеся после десятидневных июльских боев реалии.
А теперь о плане.

1. Бернадотт признал, что Израиль является независимым государством. В документе говорилось, что «евреи создали свое государство, и Израиль стал живой, прочной и полной энергии реальностью».
2. Посредник по-прежнему настаивал на том, что «невозможно справедливое и полное урегулирование, если арабским беженцам не будет предоставлено право, вернуться домой, а их имущество должно быть возвращено». Кстати, число беженцев в августе он определял в 360 тысяч человек. (Это значит, что число арабских беженцев не должно было превысить 400 - 420 тысяч человек за весь 1948 год).
3. Бернадотт оставил в силе свое требование о передаче Негева арабам.
4. В вопросе об Иерусалиме граф несколько изменил свою позицию. Если пару месяцев назад, он рассматривал Иерусалим как арабский город с еврейской автономией, то теперь вернулся к прошлогодней резолюции ГА ООН. Город теперь рассматривался как международный анклав под контролем ООН.
5. Бернадотт предлагал вернуть арабам города Лод и Рамле, захваченные израильтянами в ходе июльских боев.
6. Хайфа и аэропорт в Лоде по-прежнему определялись как свободные зоны. Отнюдь не случайно.
7. В качестве компенсации (за Негев, Лод и Рамле) израильтянам предлагалась теперь вся Галилея, которую ЦАХАЛ с боями присоединил в июле.

* * *

Естественно, этот документ также вызвал ярость и у арабов, и у евреев. Он был с презрением отвергнут обеими сторона.
Вероятность нового военного столкновения, благодаря плану Бернадотта, резко возросла. Его начало определялось теперь только готовностью вооруженных сил противоборствующих сторон к военным действиям.

Бернадотт и его отношение к евреям и к арабам.

Трудно сказать, чем определялось предвзятое отношение Бернадотта к израильтянам. Он писал: «Я не понимаю, почему Еврейское правительство относится столь высокомерно и злобно к представителям ООН.
Во-первых, нет сомнений, что Еврейское государство в Палестине будет существовать. (Он, по-видимому, забыл, что сам только пару месяцев назад поставил под сомнение существование независимого Израиля. Ну, а арабские страны и тогда не признавали Израиль и резолюцию ООН № 181).
Во-вторых, евреи должны постараться смягчить еврейско-арабскую ненависть, ведь в любом случае арабы останутся соседями евреев. (Довольно странная постановка вопроса. Если ненависть взаимна, то почему обращаться надо к одной стороне, а не к обеим? Если говорят об арабах-соседях, почему забываются евреи-соседи? Бернадотт почему-то очень легко забывает, что это не еврейское государство напало на своих соседей, что это именно арабские соседи напали на только что созданное государство).

Бернадотт призывает евреев проявить великодушие и не препятствовать возвращению арабских беженцев в Израиль. Он, то ли не понимает проблемы, то ли сознательно провоцирует межэтнический конфликт в Израиле. Ведь эти люди, мусульманские беженцы, только что помогали агрессорам убивать евреев, поднимали восстания, предоставляли убежище грабителям и террористам. А евреи почему-то должны все это забыть и «проявить великодушие».

ООНовский посредник будто совершенно не помнит, что только что, пару лет назад, в той же Европе изгоняли судетских немцев из Чехословакии, силезских - из Польши, восточнопрусских - из СССР, поляков - из Украины, Белоруссии и Литвы, украинцев - из Польши и т. д. Причем, все это происходило в мирное время, война-то в 45-м закончилась. В Палестине же еще шла война, все было горячо. Понятно, что Бернадотт предлагал создать благоприятные условия для резни, когда бы арабы, которых было большинство в Палестине, убивали евреев.
Бернадотт писал: «Евреи наглядно продемонстрировали, что не склонны к серьезному сотрудничеству (для уничтожения своего государства - Т.), а арабы просили меня дать несколько недель, чтобы народные страсти немного притихли». Сегодня мы понимаем, что заявление арабов было более, чем оптимистическим, если не простым обманом. Право же, трудно верить арабским королям, что они в своей политике руководствуются не собственными интересами, а народным волеизъявлением.
Представляется, что отношение Бернадотта к евреям и к арабам определялось не столько личными взаимоотношениями конкретных людей, сколько интересами правящих кругов Великобритании и США. Уж больно похожими оказывались планы Бернадотта и предшествующие им высказывания политических деятелей этих стран по данной проблеме.

* * *

Что касается самого плана мирного урегулирования, то, как пишет Электронная еврейская энциклопедия, он не получил одобрения ГА ООН (ноябрь 1948 года). Однако произошло это отнюдь не случайно. И убийство Бернадотта не имело к этому никакого отношения. За два месяца между августом и ноябрем произошли существенные сдвиги во внешней политике Израиля. Как написал один современный автор, к осени 1948 года Израиль «ненавязчиво» оказался в зоне курации Вашингтона.


Убийство Бернадотта.

Хотя перемирие в августе-сентябре более или менее соблюдалось, перестрелки все же продолжались. Это было, например, в Негеве, где египтяне, вопреки договоренностям, обстреливали транспортные колонны, которые везли продовольствие кибуцам, оказавшимся отрезанными от основной территории.
Но особенно ожесточенные перестрелки происходили в Иерусалиме, городе с пока еще неопределенным будущим.
Стихийно он был поделен на две части: арабскую и еврейскую. Однако Бен-Гурион не считал тогда возможным бросить вызов мировой общественности и распространить военный контроль ЦАХАЛа даже на еврейскую часть города.
Поэтому в Иерусалиме, кроме вооруженных отрядов ХАГАНы, Пальмаха и войск Трансиордании, находились отряды ЭЦЕЛя, разгромленного еще в конце июня, и ЛЕХИ.
Непосредственным организатором убийства был Барух Надель, поэтому и будем базироваться в основном на его мнении.

* * *

Итак, 16 сентября 1948 года граф Бернадотт представил в Совет безопасности ООН, арабским правительствам и правительству Израиля свой новый план мирного урегулирования, а 17 сентября, в пятницу, вместе со своим помощником генералом Лундстремом он прибыл в Иерусалим. Кажется, что он спешил навстречу своей гибели. Весь день он ездил по Иерусалиму, а вечером поехал на встречу с еврейским комендантом города Довом Иосифом. (По другим данным - в свою штаб-квартиру, как посредника ООН, которая располагалась в иерусалимском Новом городе, то есть, в еврейской его части). Но… не доехал.

Кортеж состоял из трех машин. В первой сидели сотрудники Бернадотта и капитан Хильман из ЦАХАЛа в качестве сопровождающего. Второй была машина «Скорой помощи». Последней шла машина Бернадотта, в ней же находились и его помощники, одному из которых это соседство стоило жизни.
Когда машины проезжали нейтральную зону - в ней можно было попасть под выстрелы арабских или еврейских снайперов - им преградил дорогу неожиданно выскочивший из-за поворота джип со знаками израильской полиции.
В джипе сидело четверо мужчин в одежде цвета хаки и форменных кепи израильской армии. Трое выскочили из джипа, и каждый пошел к своей машине. Водитель остался в автомобиле, мотор не выключил.
Капитан Хильман крикнул: «О*кэй, ребята, дайте проехать, мы сопровождаем графа Бернадотта» Он думал, что речь идет об израильской полиции.
«Ребята» не обратили на него никакого внимания. Один из них, по терминологии Баруха Наделя, главный исполнитель (по одним данным это был Иехошуа Коэн, по другим - тоже Иехошуа, но Цеттлер), пошел прямо к машине Бернадотта. На ходу поставив автомат на боевой взвод, он стал искать свою жертву. По словам Наделя, графа он знал прекрасно. Так как ооновский посредник сидел по другую сторону машины, пришлось ее обежать и, пока все с ужасом смотрели на автомат, навел оружие на жертву. Далее произошло неожиданное. Хотя главный исполнитель прекрасно знал Бернадотта в лицо, первым почему-то был убит помощник графа, французский полковник Андрэ Серо, который сидел рядом. По словам Наделя, это была трагическая ошибка. Увидев, что ошибся, убийца перевел автомат на Бернадотта. То ли шесть, то ли восемь пуль попало в шведского дипломата. Полковник Серо скончался на месте, граф умер по дороге в больницу.

Террористы, предварительно постреляв по шинам и по радиаторам других машин, побежали к джипу. В спешке главный исполнитель, то есть убийца, уронил магазин от автомата, но ему некогда было останавливаться поднимать его. Выполнив задачу, все вскочили в джип и скрылись с места преступления, никем не задержанные. Вся операция заняла минуту и 12 секунд.
Два дня спустя, 19 сентября, тело Бернадотта было доставлено самолетом в Швецию.
Надо сказать, что ни один из этих четырех террористов никогда не был ни пойман, ни осужден за это преступление. Шведская королевская семья помнит об этом преступлении до сих пор. Уж такова память человеческая. О дружбе шведских банкиров и промышленников с Гитлером как-то забылось, а вот об убийстве родственника…

Бен-Гурион принимает решение.

Известие о том, что в Иерусалиме убит спецпредставитель ООН граф Фольке Бернадотт, за несколько часов распространилось по всему свету. Это вызвало взрыв негодования и возмущения во всем мире.
Сначала все решили, что это сделали боевики ЛЕХИ, но потом вдруг оказалось, что ответственность взяла на себя какая-то новая неизвестная организация «Отечественный фронт», которая заранее разложила запечатанные конверты перед различными консульствами в Иерусалиме.
Иногда, даже сегодня, через шестьдесят лет, можно услышать упреки в адрес Бен-Гуриона. Его обвиняют в том, что он отдал приказ начать следствие через 24 часа после теракта. Тем самым, подразумевается, что именно по этой причине террористы не были найдены.
На самом же деле, если верить биографу Бен-Гуриона, Михаэлю Бар-Зохару, премьер получил телеграмму о покушении через час после нападения на Бернадотта - около шести часов вечера.

Бен-Гурион тут же принимает решение:
- ликвидировать все диссидентские движения в Иерусалиме;
- уничтожить их остатки на всей территории страны.
Если же говорить конкретно: начальник службы внутренней безопасности и комендант военной полиции получили приказ, арестовать всех членов ЛЕХИ, а заодно и иерусалимское отделение ЭЦЕЛя, которое еще осталось на свободе после разгрома организации в июне, но которое никак не было причастно к гибели Бернадотта.
Через три дня после убийства Бернадотта все диссидентские организации были ликвидированы. Арестовано было около 400 (по другим данным, около 300) человек, в том числе Натан Елин-Мор и Барух Надель. Однако они были арестованы не за организацию покушения, а за принадлежность к «банде Штерна».

* * *

Аресты и разоружение активистов ЛЕХИ и ЭЦЕЛя, как ни верти, выглядело как подавление террора, то есть шло в русле пожеланий мировой общественности, поэтому ООН не могла протестовать.
Бен-Гурион же решил важнейшую государственную задачу:
Теперь правительство Израиля полностью контролировало всю территорию, находившуюся в руках евреев, включая Иерусалим.

Реакция ООН на покушение на Бернадотта.

Если возвратиться к плану мирного урегулирования Бернадотта, то, вопреки желаниям боевиков ЛЕХИ, его значимость резко возросла. Трагедия наложила особый отпечаток на восприятие его доклада, который рассматривался теперь не как обычный предварительный материал, как основа для выработки согласованного между всеми участниками ГА ООН решения. Нет, этот доклад рассматривался теперь как некое политическое завещание выдающегося дипломата, переговорщика, миротворца. Сам же Бернадотт превратился в человека, который отдал свою жизнь ради мира на Святой земле.

Основываясь на этом документе, Бевин заявил в палате общин Великобритании: «Правительство всем сердцем поддерживает рекомендации графа Бернадотта». Еще бы им не поддерживать!
В США госсекретарь Маршалл также одобрил доклад посредника и призвал Генеральную Ассамблею принять его.
У израильтян такое развитие событий вызвало самую серьезную озабоченность. План, согласно которому Израиль лишался Негева, а Иерусалим приобретал международный статус, был для американцев и англичан удобным средством давления на еврейское государство
То есть, бойцы ЛЕХИ добились прямо противоположного тому, к чему стремились.
И если докладу, фактически, не был дан ход, то только потому, что Бен-Гурион проводил тогда очень умную политику. Ему стало ясно, что Израилю придется упрочить свои позиции и принять новые решительные действия военного характера. Кроме того, он сумел воспользоваться разногласиями между великими державами.

Несколько слов о судьбе арестованных.

Правительство приняло Закон о профилактике террора. Боевики ЭЦЕЛя были арестованы «за компанию». К вящему удовольствию их противников в Пальмахе. Бен-Гурион, конечно, прекрасно знал от своих контрразведчиков, что боевики ЭЦЕЛь к убийству Бернадотта не причастны, но все же дал согласие на их арест.

Некоторые боевики ЛЕХИ сумели доказать свою непричастность к теракту и даже к самой организации. Некоторые в знак протеста, как, например, Барух Надель, провели голодовку, и были быстро выпущены из тюрьмы.
Двух активистов ЛЕХИ - Натана Елин-Мора и Матитьягу Шмулевича - судили. Правда, не за само убийство Бернадотта, а за причастность к террористическим вылазкам и за связь с организацией, взявшей на себя ответственность за убийство.
То, что никакой организации «Отечественный фронт» на свете не существует, следователи выяснили очень быстро.
Н. Елин-Мор был приговорен к восьми годам лишения свободы, М. Шмулевич - к пяти.
В феврале 1949 года оба были амнистированы и выпущены из тюрьмы вместе с другими заключенными ЭЦЕЛя и ЛЕХИ.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 10 дек 2010, 19:03

Часть вторая.

Версия № 2 или «Жертва Холодной войны».

Убийство Бернадотта, организованное и осуществленное боевиками ЛЕХИ, вполне понятно как месть экстремистов-националистов по отношению к человеку, который то ли по простоте душевной, то ли из-за стремления получить Нобелевскую премию мира, то ли из-за каких-то иных соображений предлагал мир в обмен на немыслимые, с точки зрения израильтян, территориальные уступки, ставящие под вопрос само существование Государства Израиль.

Однако это убийство становится совершенно непонятным, если мотивом убийц было желание помешать Бернадотту выступить на сессии Генассамблеи ООН. Убийство посредника только повысило значимость его доклада, превратив его в политическое завещание, а самого Бернадотта в мученика, пострадавшего за веру, за справедливость, за мир между народами.
Фактически, Бернадотт после своей смерти превратился в глазах мировой общественности в дважды Праведника мира. Первый раз, когда он спас многих заключенных гитлеровских концлагерей, и второй раз, когда он занялся нелегким делом установления мира между евреями и арабами, между Израилем и арабскими странами.

Представляется, однако, что первая версия неполно и несколько искаженно повествует о том, что произошло летом и осенью 1948 года. Нет, не так все было просто в нашем «королевстве».
В недавно вышедшей книге «Зачем Сталин создал Израиль?» известный российский историк и журналист Леонид Млечин писал:
«Исполнявший обязанности госсекретаря США Роберт Ловетт образовал рабочую группу для разбора дела о покушении на Бернадотта. Американские дипломаты сообщили из Иерусалима, что в день убийства чешские консульства в Иерусалиме и Хайфе работали до полуночи, оформляя тридцать виз для израильских боевиков, замешанных в этом деле. На следующий день боевики вылетели в Прагу.
Американский военно-воздушный атташе в Чехословакии получил из Вашингтона указание проверить списки пассажиров всех авиарейсов из Израиля. Американцы предполагали, что убийство организовано советскими и чехословацкими спецслужбами….

В московском журнале «Новое время» появилась статья, которая обвиняла англичан в убийстве Бернадотта» (см. 1, стр. 199 – 200).
Кстати, в журнале «Лебедь», № 597 от 16 августа 2009 года, Михаэль Дорфман в статье «Израильская советская социалистическая республика» утверждает, ссылаясь на неназванных собеседников, что «в спецслужбах Израиля считали, что Бернадотта убили по «советскому заказу» (http://www.lebed.com/2009/art5554.htm).

Как видим, два совершенно разных источника утверждают одно и то же: был заказчик, и он сидел в Кремле. Разумеется, это может быть и заблуждением, но, по-видимому, не стоило проходить мимо этой версии. Впрочем, если дело касается спецслужб, то в то время это было достаточно опасно, да и информации для обоснования версии - с гулькин нос.

Мне же эта версия представляется довольно правдоподобной. Поэтому хотя аргументов и фактов для стройной теории пока еще недостаточно, но гипотезу, в какой-то мере подкрепляющую эту версию, попробуем сформулировать. Порядок рассмотрения гипотезы будет следующим:
- вначале будут кратко проанализированы факты и события, вызывающие некоторое сомнение в способности ЛЕХИ подготовить и совершить покушение такого масштаба;
- затем будет предпринята попытка обосновать возможность сотрудничества ЛЕХИ и НКВД в 1948 году;
- следующий шаг - рассмотрение непростого отношения Москвы к Бернадотту;
- далее остановим свой взор на несостоявшемся грабеже диппочты США;
- в заключение попробуем сформулировать порядок событий, которые привели к гибели Бернадотта, и мотивы Кремля.

Сомнения, сомнения…

Как сообщает Барух Надель, полиция активно занялась расследованием покушения на Бернадотта. Но не тут-то было, Надель:
«Полиция подобрала магазин автомата и отвезла его в лабораторию университета для дактилоскопического исследования. Отпечатки пальцев были бы обнаружены очень быстро, но в лаборатории полиции работал человек «Штерна» (т. е. ЛЕХИ). Как бы случайным движением он провел тряпкой по магазину и стер отпечатки. Власти не знали, что и подумать: возможно ли, чтобы стрелявший не оставил никаких следов?

Свидетели клялись, что на убийце не было перчаток…» То, что кто-то может уничтожить отпечатки мокрой тряпкой, им почему-то и в голову не пришло.
Куда же скрылись террористы, что так никто их и не нашел?
По свидетельству Наделя, «главный исполнитель скрылся в таком месте, где никто и никогда не стал бы его искать… он пошел в дом начальника иерусалимской полиции и скрывался там так долго, пока все не утихло.
Двое других нашли убежище в частном доме. Они жили в мезонине, почти заживо замурованные, потом были перевезены в Тель-Авив», где и ждал их Надель.

Пройдет несколько лет, и произойдут совсем уж интересные вещи. Иегошуа Коэн, главный исполнитель (по версии М. Штереншиса, с. 185), окажется в Шабаке (контрразведка - Т.), но не в качестве арестованного, а в качестве… сотрудника. Как утверждает Д.П. Прохоров, автор книги «Спецслужбы Израиля», Коэн был принят в Общую службу безопасности по инициативе ее директора Исера Хареля; и сделает Коэн неплохую карьеру, став впоследствии начальником личной охраны премьер-министра Бен-Гуриона» (см. 2, с. 242) и даже его личным другом.

Можно, конечно, не поверить двум авторам, пишущим по-русски, но вот что пишет официальный биограф Бен-Гуриона Михаэль Бар-Зохар. Он утверждает, что в дневнике Бен-Гуриона на странице, датированной 19 сентября 1948 года (через два дня после покушения ! - Т.), он нашел фамилии трех членов ЛЕХИ, которые подозревались в убийстве Бернадотта.

И более того, «одной из трех была фамилия человека, с которым Бен-Гуриона связывала долгая и тесная дружба… Старик (Бен-Гурион - Т.) никогда и никому не открыл бы этой тайны, ведь его дружба с убийцей с годами становилась только крепче. Бывший премьер-министр и бывший террорист, объединенные привязанностью и страшной тайной события, которое когда-то пошатнуло основы только что созданного еврейского государства, спокойно проведут вместе много счастливых часов» (см. 3, стр. 269).

Для нас не имеет значения, кто именно из террористов был другом или охранником премьер-министра. Для нас важно то, что премьер прекрасно знал о прошлом своего хорошего знакомого, и это не мешало им быть друзьями.
Исходя из изложенных фактов и принимая во внимание последующие действия Бен-Гуриона, можно с большой долей вероятности утверждать, что премьер, по меньшей мере, знал о готовящемся покушении.

О бедном полковнике Серо.

В первой части уже упоминалась эта фамилия. На вопрос корреспондента «Эуропео» о том, как удалось узнать о визите Бернадотта в Иерусалим 17 сентября, Барух Надель ответил:
«Люди из моей секретной службы обнаружили за несколько месяцев до этого (хороша ложечка к обеду - Т.), что французский полковник Серо был не просто представителем своего правительства при силах ООН в Иерусалиме, но и сотрудником французской контрразведки. Нам удалось также установить, что полковник Серо работал для «Интеллидженс сервис» (английскую разведку - Т.).

Мы начали шантажировать его. (По-видимому, угрожали рассказать его французским хозяевам о его «работе» на англичан, то есть предательстве Франции - Т.). Я говорил, что ему нечего бояться при условии, что он будет «сотрудничать» с нами. У бедного француза не осталось выхода, и он сообщил мне, что Бернадотт должен приехать 17 сентября. В дальнейшем тот же Серо информировал нас о маршруте шведского графа и этим помог успеху операции».

Об убийстве же Серо Надель заявил: «Клянусь, это была трагическая ошибка. Клянусь, что мы вовсе не хотели расправиться с ним. Это была просто злая шутка судьбы» (см. 2, стр. 347).
Продолжим цитировать Баруха Наделя:
«Посредник (Бернадотт - Т.) должен был выехать в 16 часов. Маршрут проходил по Абу Тор, но вскоре после 16 часов Бернадотт созвал ближайших сотрудников и сообщил, что желает ехать по улице Катамон. (Возможно, кто-то сообщил графу, что на Абу Тор на него готовится покушение - Т.).

Полковник Серо выбежал из комнаты в соседнее помещение, торопливо набрал номер телефона дома, где руководители «Штерна» (то есть ЛЕХИ - Т.) нетерпеливо ожидали сигнала. Он произнес лишь одно слово «Катамон» и повесил трубку. Нужно было довериться ему, другого выбора у нас не было.
- А где были Вы? (спрашивает журналист Наделя - Т.).
- Учитывая, что после убийства полиция предпримет активный розыск, я получил приказ несколькими днями раньше уехать из Иерусалима в Тель-Авив, где меня должны были видеть, особенно 17-го, с тем, чтобы я имел потом алиби…
(Из этого, кстати, следует, что все, что происходило в Иерусалиме, Надель рассказывает со слов «Главного исполнителя» - Т.).
Он (то есть, главный исполнитель - Т.) положил ствол автомата на окно и, пока все смотрели, застыв от ужаса, навел оружие на жертву. В этот момент полковник Серо, поняв, что происходит (до того он, по-видимому, совершенно этого не понимал - Т.), и опасаясь, что его примут за Бернадотта, высунул голову, словно для того, чтобы его узнали. (Куда высунул? Вероятно, в окно прямо под дуло автомата - Т.).

Первая очередь автомата (18 пуль! - см. Википедия, «Фольке Бернадотт» - Т.) пробила ему голову. Серо умер на месте.
Исполнитель, поняв, что убил другого человека, спокойно направил автомат в сторону Бернадотта. Раздалась еще одна очередь, в Бернадотта попало 8 пуль» (см. 2, стр. 350).
Человек, который действовал столь хладнокровно, столь решительно, который прекрасно знал Бернадотта в лицо (по словам того же Баруха Наделя) вряд ли случайно первым убил Серо, скорей всего, так и было задумано организаторами покушения. Уж больно много чего знал этот француз.

* * *

Если Надель говорит правду, и француз Серо действительно работал на французскую контрразведку и на английскую разведку, то можно только удивиться тому, какую мощную разведку имела такая маленькая организация, как ЛЕХИ. Если же прибавить к этому своего человека в полицейской лаборатории да еще и начальника иерусалимской полиции (лучшего друга еврейских террористов - Т.), то от восхищения переходишь все же к сомнению. Ну, не сопоставима мощь разведки, а значит и контрразведки, ЛЕХИ с ее малым числом боевиков, которых одним мановением руки премьер-министра Бен-Гуриона за считанные дни арестовала полиция и общая служба безопасности, тем самым разгромив полностью и навсегда всю организацию.

Если же вспомнить о боевиках, которые, по утверждению американцев, скрылись в Праге, то невольно приходишь к выводу, что зарубежный заказчик вполне вероятен. И сидеть он должен в Кремле.

Но если мы ставим под сомнение разведывательные возможности ЛЕХИ, то как же они могли выйти на несчастного полковника Серо?.
Здесь можно предположить, что полковник Серо использовался советской разведкой втемную. Он думал, что работает на англичан, а на самом деле - на русских. В то время, в 1948 году резидентом англичан на Ближнем Востоке был Ким Филби, тогдашний советский разведчик. С лета 1947 года он обитал в Стамбуле. Иными словами, Москва вполне могла знать о том, что делает и что собирается делать граф Бернадотт. Другой вопрос, была ли она заинтересована в передаче этой информации боевикам ЛЕХИ. Но об этом чуть позже.

Между прочим, заместителем графа Бернадотта был представитель США Ральф Банч, известный впоследствии борец за права негров, соратник Мартина Лютера Кинга. «В 1941 г. Банч начал работу в Управлении координатора информации Национальной обороны. В качестве аналитика по Африке и Дальнему Востоку он составлял разведывательные отчеты по колониальным районам, представляющим стратегическое значение для США. Банч остался в учреждении, когда через год оно было преобразовано в Управление стратегических служб (УСС). Один из руководителей УСС отзывался о нем как о «ходячем колониальном институте». С такими рекомендациями Банч перешел на работу в госдепартамент…» (см. http://n-t.ru/nl/mr/bunche.htm).

Как видим, представитель США при Бернадотте работал в разведке. Не исключено, что и Андрэ Серо тоже был профессиональным сотрудником спецслужб Франции, а не простым военным.
Справедливости ради, следует отметить, что в отличие от большинства боевиков ЛЕХИ, оставшихся убежденными в том, что ЛЕХИ спасла Иерусалим, ликвидировав Бернадотта, Натан Елин-Мор, «узнав, что Бернадотт спас во время войны около десяти тысяч евреев, испытал шок. Чтобы избавиться от угрызений совести, он попытался вытравить из памяти все, что связано с организацией убийства», - писал Владимир Фромер в своей популярной книге «Хроники Израиля» (см. 4, часть 2, стр. 23).

О сотрудничестве ЛЕХИ и НКВД.

Посеяв некоторые сомнения в возможности боевиков ЛЕХИ самостоятельно совершить покушение на графа Бернадотта, попробуем обосновать возможность сотрудничества этой организации с не менее известной разведкой Народного комиссариата внутренних дел (как бы этот комиссариат не назывался в разные годы).

Как утверждает Павел Судоплатов в своих воспоминаниях, «еще в 1937 году Якову Серебрянскому (известный советский разведчик - Т.) удалось заслать своего человека в антибританскую террористическую группу «Штерн» (см. 5, стр. 472). То есть еще до войны разведка НКВД уже интересовалась этой организацией.

Чтобы не запутаться в терминологии, напомню, в 1937 г. существовала только ЭЦЕЛь. В 1940 году она раскололась на две части, одна из которых продолжала впоследствии называться ЭЦЕЛЬ, а другая, которую возглавил Авраам Штерн, вначале называлась по имени руководителя, а потом приняла название ЛЕХИ.
Надо сказать, что борьба боевиков ЭЦЕЛя, а затем и ЛЕХИ, против британской колониальной администрации в 1939 - 941 годах полностью находилась в русле тогдашней политики Москвы, то есть, после начала Второй мировой войны.

* * *

Впрочем, М. Дорфман утверждает, что «в своих мемуарах Елин – Мор (то есть, один из того триумвирата, который принимал решение о ликвидации Бернадотта - Т.) не скрывал своих контактов с НКВД в деле подготовки подполья в европейских гетто на территории, оккупированной нацистскими войсками» (см. там же).

Если учесть, что Елин-Мор прибыл в Палестину из СССР еще в 1940 году, то речь может идти, скорей всего, о польских гетто. То есть, несмотря на Пакт о ненападении от августа 1939 года, Москва готовила себе агентов в Польше против немцев. Для нас же важно, что, судя по воспоминаниям Елин-Мора, контакты с НКВД начались с самого основания организации.
(Можно немного пофантазировать и предположить, что и сам раскол в ЭЦЕЛе, произошедший из-за желания Штерна продолжать вооруженную борьбу против англичан после начала Второй мировой войны, что шло вразрез с рекомендациями В.Жаботинского, был спровоцирован НКВД).

* * *

В Википедии несколько лет назад была опубликована информация (в 2009 году она почему-то исчезла), что всю Вторую мировую войну в Москве находился представитель ЛЕХИ Хаим Бреславер, который занимался поставкой оружия для своей организации.

Михаэль Дорфман в упомянутой уже статье пишет: «О связях ЛЕХИ с Москвой мне рассказал житель Беэр-Шевы Хаим Бреслер. Он владел небольшой слесарной мастерской, специализировавшейся на сейфах и замках, был большим энтузиастом возрождения культуры на идише. В 1942-1945 Бреслер находился в Москве в составе представительства ЛЕХИ и занимался поставками оружия и тренировал боевиков. У Бреслера хранились фотографии военных лет с Дмитрием Устиновым, тогдашним министром вооружений, позже маршалом и членом Политбюро ЦК КПСС, с видными гебистами – легендарным Яковом Серебрянским…, генералом ГБ Павлом Райхманом и другими людьми. Знакомства были довольно неожиданными для человека, занесенного в список героев Израиля и ветеранов ЛЕХИ».

Трудно сказать, что нашел неожиданного Дорфман в этих знакомствах. Наоборот, они вполне естественны для того времени. Представляется, что Бреславер из Википедии и дорфмановский Бреслер - это одно и то же лицо. Для нас же главное, что по двум независимым друг от друга свидетельствам во время Великой отечественной войны ЛЕХИ имела вполне деловую связь с НКВД.

* * *

Надо сказать, что ЛЕХИ была связана и с руководством Коминтерна. Натан Елин-Мор на одной из встреч руководителей ЭЦЕЛя, ХАГАНы и ЛЕХИ, в частности, говорил: «Благодаря члену ЛЕХИ, личному другу Георгия Димитрова (на минуточку, бывший Генсек исполкома Коминтерна - Т.), который месяцами пытался убедить болгарского лидера дать разрешение евреям на выезд в Израиль, произошла массовая алия из Болгарии» (см. 6, стр. 227).

Оставим в стороне довольно спорный вывод о причинах алии из Болгарии, важно то, что руководители Коминтерна имели прочные связи с ЛЕХИ. Коминтерн упомянут здесь отнюдь не случайно. Дело в том, что агенты Коминтерна сыграли определенную роль в нашей истории.

* * *

То, что Советский Союз собирается поддержать создание еврейского государства в Палестине, стало известно в мае 1947 года из выступления А. Громыко на специальной ассамблее ООН. Для многих это было, как гром среди ясного неба. Однако первые симптомы этой политики появились еще в апреле 1946 года. (Зарождение же этой политики можно отнести к 1943 году. Но это предмет совсем другой работы - Т.)

Обратимся к книге Павла Судоплатова:

«И вот в апреле 1946 года заместители министра иностранных дел Деканозов и Вышинский направили служебную записку правительству, где подчеркивали, что интересы Советского Союза игнорируются: палестинский вопрос будет решаться без участия нашего государства. В этом документе они предлагали проводить политику благоприятного отношения к созданию еврейского государства в Палестине.

С согласия Молотова Вышинский публикует под псевдонимом статью в журнале «Новое время», в которой говорит о необходимости создания демократического еврейского государства на подмандатной территории Палестины. Расчет заключался в том, чтобы усилить советскую позицию на Ближнем Востоке и вместе с тем подорвать британское влияние в арабских странах, противившихся появлению нового государства, показав, что англичане не способны остановить евреев в их стремлении создать свое государство.

Одновременно с предпринимавшимися политическими шагами было получено указание в 1946 году, забросить наших агентов в Палестину через Румынию. Они должны были создать в Палестине нелегальную агентурную сеть, которую можно было бы использовать в боевых и диверсионных операциях против англичан. Для этой цели я выделил трех офицеров: Гарбуза, Семенова (настоящее имя Таубман - он являлся помощником Григулевича по литовскому подполью и помогал ликвидировать в Париже в 1936 году Рудольфа Клемента) и Колесникова (по информации Бориса Сахина, настоящее имя Колесникова - Колесник Юрий Товиевич, см 7, стр.119 - А.Б.). У Гарбуза и Колесникова был опыт партизанской войны на Украине и в Белоруссии, где они участвовали в операциях против немецких оккупационных властей.

Семенов и Колесников обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. (Странно, послали в Палестину специалистов именно по диверсиям, а они занимались не своим делом как раз тогда, когда еврейские подпольные вооруженные отряды именно диверсиями и занимались. Возможно, сами Семенов и Колесников участия непосредственно в диверсиях не принимали, но организацией и планированием, почему бы и нет? - Т.).

Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и противотанковых гранат, захваченных у немцев. Семенов, со своей стороны, попытался возобновить контакт с нашим агентом в организации «Штерн». Это была антибританская террористическая группа, куда Серебрянскому в 1937 году удалось заслать своего человека. Гарбуз оставался в Румынии, отбирая там кандидатов для будущего переселения в Израиль» (см. 5, стр. 471 – 472).

Как видим, из нескольких военизированных еврейских организаций Судоплатовым прямо названа лишь одна - «Штерн», то есть ЛЕХИ. Из этого не следует, конечно, что с другими организациями у Москвы не было никаких связей, просто с организацией ЛЕХИ связи были, по-видимому, достаточно тесные и специфические. Не случайно Ицхака Шамира, а отнюдь не Бегина, называли террористом № 1.
Исходя из приведенных фактов можно с большой долей вероятности сделать вывод о том, что и в 1948 году, уже после создания Государства Израиль, могли существовать тесные связи между ЛЕХИ и НКВД. А значит, и вполне вероятно их сотрудничество в деле организации покушения на графа Бернадотта.

«Постойте, постойте, - скажет внимательный читатель, - а Москве-то зачем было убивать Бернадотта. Неужели он так уж мешал Кремлю проводить свою политику на Ближнем Востоке?». Вопрос мотивации Кремля, конечно, важный, о нем и поговорим в следующих главах. Но сначала рассмотрим непростые отношения Москвы с Бернадоттом. Здесь и появятся агенты Коминтерна.

Список использованной дитературы.

1. Леонид Млечин, «Зачем Сталин создал Израиль?», Москва, «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2005.
2. Дмитрий Прохоров, «Спецслужбы Израиля», СПб, Изддом «Нева», М., «ОЛМА-ПРЕСС», 2003.
3. Михаэль Бар-Зохар, «Бен-Гурион», «Феникс», Ростов-на-Дону», 1998.
4. Владимир Фромер, «Хроники Израиля. Кому нужны герои», Иерусалим, Иерусалимский издательский центр, 1997.
5. Павел Судоплатов, «Спецоперации. Лубянка и Кремль, 1930 – 1950 годы», Москва, «ОЛМА – ПРЕСС», 1999.
6. «Историческая встреча» 1966 год, изд. Яир им. А. Штерна, Израиль, 1990.
7. Борис Сахин, «Немногие, которым обязаны многие…», Израиль, 2008
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 10 дек 2010, 20:03

Отношение Москвы к графу Бернадотту.

Чтобы понять отношение Москвы к графу Бернадотту, надо обратиться к некоторым эпизодам из недавней истории.
Но вначале ознакомимся с краткой характеристикой, которую дал Бернадотту Леонид Млечин в упоминавшейся уже книге.
«У графа Фольке Бернадотта была неважная репутация. В годы войны он руководил шведским обществом Красного креста. Его обвиняли в излишне тесном сотрудничестве с нацистами. Германские спецслужбы широко использовали Красный крест, а после войны многие нацисты с документами Красного креста улизнули из поверженного рейха» (см. 1, стр. 200 - 201).

Это отношение Леонида Млечина к графу Бернадотту резко контрастирует с мнением современных либералов и правозащитников. Они считают его великим праведником и миротворцем. (С их мнением можно познакомиться в Приложениях №№ 1, 2, 3). Не будем выяснять, кто прав и кто не прав, нам важно понять отношение тогдашнего московского руководства к посреднику от ООН.

* * *

Как сказано в Электронной еврейской энциклопедии, «Бернадотт в качестве представителя шведского Красного Креста организовал обмен военнопленными, непригодными к дальнейшей военной службе, между Германией и союзниками» (см. http://www.eleven.co.il/article/10564).
Казалось бы, деятельность Бернадотта во время войны была более чем гуманной. Но вот что писал Альберт Кон в предисловии к книге Анны-Марии Зелинко «Дезире»:
«Граф Фольке Бернадотт действовал от имени и по поручению шведского Красного креста. Им спасены из лагерей смерти заключенные разных национальностей. Их в Швеции лечили, кормили и после войны отослали на родину. За это шведский Красный Крест пошел на кое-какие сделки с гитлеровской Германией в части снабжения продовольствием и пропуска некоторых воинских частей на территорию Норвегии и Финляндии. Эти услуги Швеции были весьма незначительны и окупались сторицей передачей Гиммлером шведскому Красному Кресту 30 тысяч заключенных из лагерей смерти» (см. «Дезире, Анна-Мария Зелинко», http://www.litportal.ru//.../book14148html (?)).

Эти «весьма незначительные услуги» очень похожи на правду, если учитывать послевоенную политику Красного Креста. Однако то, что казалось весьма незначительным для западных союзников и их шведских посредников, совсем по-другому смотрелось из Москвы. Снабжение продовольствием и пропуск частей вермахта в Финляндию и в Норвегию укреплял положение врагов Советского Союза.

То есть благодаря «миротворческой деятельности» Бернадотта были убиты и ранены сотни, если не тысячи, бойцов Красной армии. В Москве, конечно, об этом знали, и вряд ли обитателями Кремля овладевало по отношению к Бернадотту какое-то другое чувство, кроме ненависти.

Сепаратные переговоры в Стокгольме.

Переговоры между союзниками и нацистами касались не только гуманитарных вопросов. Дело в том, что «С 1924 по 1930 год Германия получила иностранных займов в общей сложности на сумму в семь миллиардов долларов, главным образом из американских и британских источников. И это не считая частных инвестиций, и не только в Германию, но и в Польшу и Чехословакию. Немецкий экономический подъем сказался на деловой активности во всей Европе и Америке. После перелома в ходе войны большой бизнес возобновил усилия по защите своих деловых интересов.

Ключевую роль в переговорах с немцами играли именно предприниматели – такие, как шведские банкиры братья Якоб и Маркус Валленберги, тесно связанные с финансовыми кругами обеих враждующих сторон. Однако усилия о заключении сепаратного мира успехом не увенчались» (В. Абаринов, «Совершенно секретно», «Тень Гиммлера 2», http://www.sovsekretno.ru/magazines/article/833). Не будем сейчас спорить, было ли вложено семь миллиардов долларов или какая-то другая сумма, важно, что Гитлер пришел к власти и развил свой военно-промышленный комплекс, благодаря крупному бизнесу Германии, других стран, в том числе и тех, которые ошибочно называются, обычно, нейтральными.

Нам интересно то, что сепаратные переговоры, которые проходили в Стокгольме и которые были объективно направлены против СССР, «успехом не увенчались». Почему?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо вернуться в весну 1943 года. Тогда «впервые британский посланник в Стокгольме сэр Виктор Моллет встретился с посланцем Гиммлера Вальтером Шелленбергом, шефом внешней разведки рейха. Моллет - выходец из семьи банкиров, имевшей до войны тесные связи с немецкими финансистами. В сепаратных переговорах участвовали, как говорилось ранее, также братья Валленберги.

* * *

Примечание.

Якобу Валленбергу принадлежал «Стокгольмс эншильда банк» (СЭб) - крупнейший частный банк Швеции, банк-корреспондент гитлеровского «Рейхсбанка». Валленберг контролировад шахты, рудники, предприятия по производству нефти из сланцев, заводы электрооборудования и военного снаряжения, фактически, всю промышленность Швеции! СЭБ всю Вторую мировую войну финансировал гигантский шарикоподшипниковый концерн СКФ.

Крошечные стальные шарики были чрезвычайно важны для нацистов - без них не смогли бы подняться в небо самолеты люфтваффе, а танки и бронемашины - сдвинуться с места. В них нуждались также европейские филиалы концернов ИТТ и Форд, производившие для врага самолеты «фокке-вульф», легковые автомобили и грузовики. Фактически без них нельзя было воевать. В каждом «фокке-вульфе» было, по меньшей мере, четыре тысячи подшипников… Артиллерийские орудия, прицелы для бомбометания, электрические генераторы и двигатели, вентиляционные системы, подводные лодки, горнодобывающие машины, производимая в ИТТ аппаратура связи - все это работало на шарикоподшипниках.

Во время войны концерн торговал с обеими враждующими сторонами. 60% производимых в различных странах СКФ подшипников поступало в распоряжение немецких предприятий (из книги Хайэма Чарльза «Торговля с врагом», глава 6, «Стальные шарики на вес золота», http://www.bergab.ru/allbearingsbooks.shtml). Подшипники СКФ поставлялись и в СССР (Александр Юсуповский, «Деонтологическая война с Россией», «Политический класс», 20. 06. 2008, http://www.politklass.ru/cgi-bin/issue.pl?id=1016(?)).

«На протяжении 1941–1944 годов Швеция так же, как и прежде, поставляет Германии железную руду, древесину, дешевую рабочую силу. Так, из 10,8 миллиона тонн железной руды, потребленной промышленностью гитлеровской Германии в 1943 году, 10,3 миллиона тонн было поставлено из Швеции» (И.Пухов. «Шведский социализм». – Дуэль, №14, 2003; Рустем Вахитов, «Почему Россия не Швеция?», http://www.sovrodd.ru/modules.php?name= ... &sid=56400(?)).

Cливки, которые снял шведский капитал со Второй мировой войны, в которой Швеция также соблюдала доказавший свою выгодность нейтралитет, не идут ни в какое сравнение с доходами от Первой мировой. Не случайно именно после 1945 года шведская экономика входит в свой «золотой век». Впрочем, не последнюю роль сыграла и социально-экономическая политика шведских социал-демократов.

* * *

В начале 1944 года в Стокгольм прибыл новый помощник британского военного атташе майор Эван Батлер. Именно этому человеку были поручены предметные переговоры с Шелленбергом… Батлер не подчинялся главе стокгольмской резидентуры (английской разведки - Т.). Его лондонским куратором, которому он докладывал непосредственно, был Энтони Блант (МИ-5, контрразведка - Т.)…

По мнению Батлера, переговоры, которые вели Виктор Моллет с Шелленбергом, имели целью обеспечить финансовые интересы заинтересованных компаний и банков, в том числе империи СС. Более того, весной 1945 года он пришел к выводу, что грядет тайный массовый исход в Швецию нацистских военных преступников, включая Гиммлера. (В. Абаринов, «Тень Гиммлера», http://www.sovsekretno.ru/magazines/artlkle/817).

* * *

Примечание.

Энтони Блант - известный английский историк искусства, ведущий специалист по творчеству Николя Пуссена, хранитель картинной галереи королевы Елизаветы. Энтони Блант сыграл выдающуюся роль в превращении истории искусства в академическую дисциплину, подготовил целое поколение специалистов-искусствоведов, будущих директоров музеев, картинных галерей, организаторов выставок. (см. Лариса Залесова – Докторова, «Почти забытая история», «Звезда», № 12, 2003 год).

«Энтони Блант - троюродный брат ныне царствующей британской королевы Елтзаветы 2-й. Досрочно окончил Тринити-колледж Кэмбриджского университета и получил важный пост куратора кэмбриджского музея искусств. В годы Второй мировой войны служил в британской контрразведке (МИ – 5).

В 1937 году (возможно, и раньше - Т.) Энтони Блант был привлечен к сотрудничеству с советской внешней разведкой на идейной основе. (Впоследствии, через десятки лет разочаровался в этой своей деятельности - Т.). Вербовка была осуществлена выдающимся разведчиком-нелегалом Арнольдом Дейчем. Работа А. Бланта в британской контрразведке с 1940 года была весьма результативной. От него поступали сведения о кадровом составе МИ-5, британской агентуре в других странах, материалы наблюдения за деятельностью советских разведчиков в Лондоне.

Одновременно А. Блант по заданию советской разведки привлекал к сотрудничеству с ней различных лиц, от которых в годы войны поступала важная разведывательная информация, в том числе о позиции Англии и США в отношении сроков открытия второго фронта в Европе. В 1943 году от него была получена перехваченная британскими спецслужбами информация о планах гитлеровского летнего наступления в районе Курска и Орла, которая сыграла немаловажную роль в разгроме вермахта.

От него также были получены сведения о сепаратных переговорах Англии и США с гитлеровской Германией в 1943 - 1944 годах, которые были прекращены после протеста СССР (Информация взята из сайта Службы внешней разведки РФ, см. http://www.svr.gov.ru/history/blant.html(?)).

* * *

Как видим, сепаратные переговоры не увенчались успехом не сами по себе, а по вполне конкретной причине: Сталину стало известно о них из достоверного источника (возможно, и не из одного - Т.) и он заявил вполне обоснованный протест. Впрочем, сепаратные переговоры, объективно, направленные против СССР, продолжились в другом месте и в другое время. Но сейчас для нас важно, что Москва, в том числе и благодаря Энтони Бланту, прекрасно знала о роли Шелленберга и Моллета в проведении сепаратных переговоров в Стокгольме.

Весна 1945 года.

Владимир Абаринов: «Двадцать второго апреля 1945 года в концлагерь Равенсбрюк прибыл гауптштурмфюрер СС Франц Геринг с приказом освободить польских и французских евреек. Они должны были пешим порядком дойти до пункта, где их ждала автоколонна шведского Красного Креста. Комендант лагеря отказался подчиниться, ссылаясь на приказ шефа Имперского управления безопасности (RSHA) Кальтенбруннера о полной ликвидации заключенных. Тогда посланец снял телефонную трубку и потребовал соединить его с полицейскими казармами в Любеке.

В эти дни там располагался штаб рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера – приказ исходил лично от него. Получив подтверждение, комендант спросил, что делать с Versuchskaninchen – «подопытными кроликами», то есть жертвами медицинских экспериментов. И получил ответ: отправить с той же партией. Общая численность избежавших ликвидации составила пятнадцать тысяч человек.

Освобождение заключенных Равенсбрюка было частью сделки, которую Гиммлер пытался заключить с западными союзниками при посредничестве президента шведского отделения Международного комитета Красного Креста графа Фольке Бернадотта, двоюродного брата короля Густава. «Они – моя самая надежная инвестиция», – сказал однажды рейхсфюрер о евреях» (В. Абаринов, «Тень Гиммлера», «Совершенно секретно», № 5, 2002, http://www.sovsrkretno.ru//.../article/817(?)).

В первых числах мая Вальтер Шелленберг, расстался со своим шефом, Генрихом Гиммлером, и, в ранге чрезвычайного и полномочного посланника рейхспрезидента Денница, направился в Швецию. «До Копенгагена добрался в машине Красного Креста вместе с графом Бернадоттом. Оттуда на личном самолете графа перелетели в Мальмё, а из Мальмё в Стокгольм – на борту шведского военного самолета. Встретивший Шелленберга у трапа шведский дипломат немедленно препроводил его в летнюю королевскую резиденцию Тульгарен на архипелаге Тоса.

Правительство Швеции всячески стремилось сыграть позитивную роль в окончании войны… Однако усилия о заключении (очередного - Т.) сепаратного мира успехом не увенчались. 8 мая в 2:41 утра в Реймсе, в штабе Эйзенхауэра, состоялось подписание акта о безоговорочной капитуляции Германии. Когда Шелленберг дозвонился до фон Крозига, тот не велел ему продолжать переговоры.

В последующие несколько дней Шелленберг и Бернадотт нанесли несколько визитов в британское посольство. Потеряв свой статус уполномоченного на переговорах о капитуляции в Норвегии, Шелленберг, тем не менее, оставался посланником, пользовался поддержкой шведского правительства и отныне думал о собственной участи. Он считал вполне возможным получить иммунитет от уголовного преследования по обвинению в военных преступлениях.

Пример Рейнхарда Гелена говорит, что в таком повороте не было ничего невозможного. Однако факт его пребывания в Стокгольме и встреч с сэром Виктором Моллетом получил огласку: репортеры сфотографировали его и Бернадотта в тот момент, когда они выходили из машины и направлялись в здание британской миссии. Возможно, благодаря этому обстоятельству работавшие под крышей британского посольства в Стокгольме сотрудники разведки Фолк и Теннант добились в конце концов того, что Форин-офис запретил Моллету дальнейшие встречи с Шелленбергом, о чем Бернадотт узнал 9 мая. На следующий день граф получил распоряжение британских властей: Шелленбергу надлежало прибыть в аэропорт Бромма и отправиться на борту самолета королевских военно-воздушных сил в Лондон.

Секретарь Бернадотта позвонил в британскую миссию и поинтересовался, зачем Шелленберг потребовался в Лондоне. Из миссии ответили, что бригаденфюрер срочно нужен для выяснения ряда вопросов. В то самое утро, когда за гостем графа прибыл автомобиль, чтобы отвезти его на аэродром, шведские газеты вышли с сенсационными сообщениями о том, что королевская семья укрывает военного преступника.

Взбешенный Бернадотт заявил, что его гость «утомлен физически и душевно», а потому не может совершать никаких путешествий. Однако вскоре обоим стало ясно, что они переоценили ситуацию в свою пользу. Британское правительство предпочло забыть о предварительных договоренностях об иммунитете. Сделка не состоялась. Швеция не могла предложить Шелленбергу убежище, не навлекая на себя гнев великих держав. Открылся последний тур переговоров о дальнейшей судьбе Шелленберга.

Из Лондона в Стокгольм прибыл некий ответственный представитель SIS. 11 мая он встретился с Бернадоттом и Шелленбергом… это был Блант. Уступая давлению Лондона, о скорейшем отъезде Шелленберга попросило шведское правительство. Бернадотт и Маркус Валленберг советовали Шелленбергу просить о шведском подданстве.

Наконец, 12 мая с Британских островов пришел приказ немедленно доставить в Лондон Шелленберга вместе со всеми имеющимися при нем документами. (Как видим, Британии нужен не только Шелленберг сам по себе, но и документы, которые он привез с собой в Стокгольм - Т.). На следующий день Бернадотт собрал совещание высокопоставленных лиц, в числе коих были старший офицер шведской разведки Линдквист и верховный судья Экберг.

Бернадотт рассказал собравшимся об усилиях Шелленберга по спасению скандинавских евреев. После совещания Виктор Моллет, посол Великобритании в Швеции, сообщил в Форин-офис (английский МИД - Т.), что Шелленберг все еще слишком слаб для поездки и намерен оставаться в Швеции до тех пор, пока его положение не прояснится.

Шелленберг, между тем, принял решение передать наиболее ценные документы своего архива на хранение поверенным Бернадотта – они должны были стать гарантией его безопасности. Он приступил также к описанию своей деятельности в годы войны – этот трактат должен был помочь ему получить шведское подданство. Гауптштурмфюрер Франц Геринг, тоже находившийся в Стокгольме, подтвердил, что Шелленберг всегда занимал антигитлеровскую позицию и будто бы именно он внушил Гиммлеру мысль о необходимости заключения мира.

Тем временем оживились американцы. Госдепартамент выразил шефу Управления стратегических служб генералу Доновану недоумение в связи с тем, что УСС не удосужилось взять ситуацию под свой контроль.
Шелленберг подключил к своим усилиям японских дипломатов. Две секретные встречи с британцами состоялись в японском посольстве. 31 мая новая встреча имела место в доме Бернадотта. В числе гостей были, помимо Шелленберга, Линдквиста и Экберга, Виктор Моллет и генерал Макото Онодера» (В. Абаринов, «Тень Гиммлера 2»).

Калейдоскоп событий. Арест Шелленберга.

«Узнав о встречах под эгидой японцев, УСС приступило к немедленным действиям. 2 июня Шелленбергу через посредников предложили лететь вместо Лондона во Франкфурт – американскую оккупационную зону. Ему был обещан «более радушный прием». Затем американский военный атташе полковник Рейнс встретился с Шелленбергом в доме Бернадотта. Бернадотт и его друзья в правительстве Швеции далее не могли обеспечивать убежище Шелленбергу – дело получило слишком широкую и неблагоприятную огласку в шведской прессе.

От этой критики страдали интересы королевской семьи. В итоге, Шелленберг принял предложение американцев. (А что еще ему оставалось делать? - Т.).

17 июня полковник Рейнс, Бернадотт и Шелленберг вылетели из Стокгольма на американской «Дакоте» во Франкфурт-на-Майне. Среди багажа были шесть небольших оцинкованных ящиков с документами. На аэродроме Шелленберга встретили и препроводили в штаб-квартиру управления разведки сухопутных сил США. Прием оказался и впрямь теплым. Его разместили в отдельной комнате с душем и круглосуточным обслуживанием – в меню значились изысканные вина и прекрасный кофе. Допросы начались незамедлительно. Как только Блант узнал, что Шелленберг у американцев, во Франкфурт отправился Ким Филби» (В. Абаринов, «Тень Гиммлера 2»).

* * *

Примечание. Прервем на несколько минут наше, то есть Владимира Абаринова, повествование и кратко остановимся на личности Кима Филби. Как и Блант, Ким Филби в 1930-х годах учился в Кембриджском университете. После поражения лейбористов в 1931 году, «Ким сблизился с компартией, искренне считая, что только коммунизм в состоянии преградить дорогу фашистской угрозе. Прогрессивные взгляды К. Филби привлекли к себе внимание советского разведчика-нелегала А.Дейча. В 1933 г. на основе идейной близости к нам советская разведка привлекла его к секретному сотрудничеству.

После окончания Кембриджского университета К. Филби некоторое время работал в редакции газеты "Таймс", а затем во время гражданской войны в Испании был направлен специальным корреспондентом этой газеты при франкистской армии. Выполнял важные задания советской разведки.
В 1940 г. К.Филби по рекомендации резидентуры поступил на работу в британскую разведку "Сикрет интеллидженс сервис" (Информация сайта СВР РФ, http://svr.gov.ru/history/fil.html(?)). В 1944 году Филби «назначили начальником "секции 9", контролирующей шпионскую деятельность против СССР. Отныне НКВД, а затем КГБ знал о каждой планируемой англичанами шпионской акции» (см. «Кембриджская «великолепная» пятерка», http://www.agentura.ru/culture007/histo ... /pyaterka/). В этой должности он и пребывал до лета 1947 года.

* * *

Продолжим повествование В. Абаринова: «В британской штаб-квартире в Бад-Ойнхаузене Филби встретился с Бернадоттом. Разговор получился резким. (Еще бы не резким, англичане хотели видеть Шелленберга в Лондоне и у себя, а не во Франкфурте и у американцев - Т.). Каждый отправился на встречу с Шелленбергом самостоятельно. Граф прибыл первым и, будучи не в силах сдерживать раздражение, заявил своему протеже, что англичане, потеряв его, «наглеют». Они кратко обсудили, чего ждать от Филби, и пришли к выводу: англичане могут дезавуировать сделку об иммунитете.

К 26 июня две разведки договорились о процедуре допросов Шелленберга. Представитель ФБР во Франкфурте запросил у своего директора Эдгара Гувера разрешение на совместные допросы, причем основным следователем должен был быть Филби. Однако Филби при первой же встрече с агентом ФБР допустить последнего на свои допросы отказался. Агент направил Гуверу новое сообщение. Он утверждал, что изменил намерения и не хочет присутствовать на допросах Филби.

Филби провел в разговорах с Шелленбергом два дня. Затем прибыли еще двое сотрудников британской разведки – специалисты по шифрам и радиосвязи. Взаимопонимание англичан с Шелленбергом, равно как и с американцами, было восстановлено. 7 июля Шелленберга доставили в лагерь под Лондоном. Допросы, в том числе совместные, продолжались. Но их содержание говорило о том, что они не имеют целью изобличить его в совершении военных преступлений.

Шелленберг был уверен, что союзники предложат ему заняться организацией разведывательной сети в послевоенной Германии. Однако показания против Кальтенбруннера от него потребовали. Идиллия вскоре закончилась. Эдгар Гувер проявил неудовольствие слишком мягким обращением англичан с Шелленбергом. 17 августа Гувер дал знать SIS, что в деле Шелленберга замешаны интересы национальной безопасности США – в частности, вопросы, касающиеся Японии, которых узнику почти не задавали.

В середине ноября, после четырех месяцев допросов, Шелленберга доставили в Нюрнберг для дачи показаний против Кальтенбруннера и Мюллера. 4 декабря в Лондоне была получена депеша: в случае отсутствия возражений со стороны британцев США хотели бы доставить Шелленберга в Вашингтон для продолжения допросов…

Допросы продолжались. Из Вашингтона потоком шли новые вопросы. Среди них все больше о личном участии допрашиваемого в преступлениях нацизма. Дело шло к осуждению. Англичане забеспокоились, как бы не всплыла на поверхность договоренность об иммунитете. В результате Форин-офис присоединился к жалобам советской стороны на мягкость приговоров Нюрнбергского трибунала: следует-де шире применять смертную казнь и отказать осужденным в праве на апелляцию. Если уж советское обвинение требовало смертного приговора для Ганса Фриче, виновного в основном в том, что вещал по радио, то Шелленберг заслужил его тем более. (Разумеется! - Т.).

Граф Бернадотт посещал Шелленберга в нюрнбергской тюрьме, пользуясь своим положением главы шведского Красного Креста. Вскоре Форин-офис предложил ему пост представителя ООН в Палестине. Граф согласился и спустя четыре месяца после прибытия, 17 сентября 1948 года, был убит еврейскими экстремистами. В ожидании приговора Шелленберг лишился своего главного и наиболее авторитетного посредника. От показаний в его защиту обвинение не оставило камня на камне.

Шелленбергу вменялись похищения и убийства, в том числе граждан нейтральных стран, участие в организации айнзатцгрупп СС, использование военнопленных в целях, запрещенных Женевской конвенцией, а также участие в исполнении Окончательного решения. Смертный приговор казался неминуемым. Шелленберг страдал расстройством желудка и утверждал, что его отравили» (В. Абаринов, «Тень Гиммлера 2»).

* * *

Примечание.

Для большей полноты картины остановимся еще на двух моментах.

1. В августе 1945 года Энтони Блант вынужден был вновь посетить Германию, правда не по делам разведки или контрразведки, а по делам «подвесок» его величества. «Английский король Эдуард VIII, который отрекся от престола в 1936 году после нескольких месяцев правления в пользу своего брата — будущего короля Георга VI, был известен профашистскими симпатиями, есть сведения о его тайных встречах с Гитлером и его эмиссарами в 1930-х годах и после начала Второй мировой войны.

После окончания войны одним из частных поручений сэру Энтони от королевской семьи была поездка в Германию с целью вывезти переписку Эдуарда VIII с его двоюродным братом Филиппом, ландграфом Гессе, — известным нацистом, среди которой, как подозревали, могли оказаться письма от Гитлера. Что Энтони и выполнил в августе 1945 года» (Лариса Залесова-Докторова, «Почти забытая история», «Звезда», 2003, № 12).

Правильно, ради какой-то там правды истории, неча подставлять королевскую семью. Вне подозрений должна быть не только жена короля, но и брат его. Как говорится, чего никто не видит, того и нет на свете. Конечно, королевская семья, хоть шведская, хоть английская, хоть еще какая-нибудь, должна быть выше всяких подозрений, даже если «отдельные ее члены» сидят по уши в грязи.

2. Информация из Википедии: «Данные по поводу общего числа спасённых разнятся, однако чаще всего фигурирует информация о 30000 человек, из которых около 10000 были евреями.
Существует также мнение историков о том, что роль Фольке Бернадота, как спасителя евреев, является чрезмерно преувеличенной. Переговоры о вывозе всех скандинавских заключенных из концлагерей Германии с Гиммлером провел его личный врач, шведский подданный Феликс Керстен.

Соглашение об этом было заключено между Керстеном и Гиммлером еще 8 декабря 1944 года, причем заключено письменно. Далее Керстену удалось убедить Гиммлера освободить не только скандинавских заключенных, но и поляков, французов, евреев т.д. Всех, кому гарантировалось убежище в Швеции. Граф Бернадот выступил лишь в роли исполнителя договоренностей, что не помешало ему после войны раздуть свою персону до уровня спасителя, всячески затирая Керстена.

Решающую роль Керстена в переговорах, равно как и чисто исполнительскую роль Бернадота подтверждали и многочисленные комиссии, например, под руководством голландского профессора Постхумуса, являвшегося после войны директором Института военной документации Нидерландов. Профессор Постхумус выступил в 1949 году с докладом, в котором убедительно, на основе многочисленных документов, доказал, что граф Бернадот не играл существенной роли в спасении евреев, заслуга эта принадлежит доктору Феликсу Керстену. (См. предисловие британского историка Хью Тревора-Ропера к книге Феликса Керстена "Пять лет рядом с Гиммлером"», см. http://ru.wikipedia.org/wiki/Бернадот._Фольке(?)).

Трудно сказать, насколько верны эти сведения из Википедии, но для полноты картины их необходимо было поместить здесь. Во всяком случае, Фольке Бернадотт явно не ангел, каким нам его представляет современная пресса.

Список использованной литературы.

1. Леонид Млечин, «Зачем Сталин создал Израиль?», Москва, «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2005.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 10 дек 2010, 23:44

Финал, или смерть Авантюриста.

Деятельность Бернадотта на Ближнем Востоке иначе, чем авантюрой, назвать трудно. Человек, не имевший понятия ни о культуре противоборствующих сторон, ни об истории конфликта, ни о внешних силах, влияющих на ожесточенность военных действий, ни о реальных причинах проблемы беженцев, ни об интересах сильных мира сего и так далее, и тому подобное, этот человек берется за быстрое урегулирование и, как нечто очень простое, «выпекает» за каких-нибудь два месяца два плана мирного урегулирования. Понятно, ни к чему хорошему эти планы не привели.

Впрочем, нельзя исключить и вариант, при котором Бернадотт принял решение стать посредником в конфликте отнюдь не по доброй воле, а под давлением его «кураторов».
Вначале это были англичане, которые и рекомендовали его кандидатуру в ООН, а затем, по-видимому, американцы. Такой вывод можно сделать, если обратить внимание на хотя еще слабо выраженную, но все же тенденцию, намеченную в изменениях планов урегулирования.

Как уже отмечалось в первой части данной работы, ни первый, ни второй планы мирного урегулирования не учитывали интересы СССР. Наоборот, Фольке Бернадотт делал все от него зависящее, чтобы большая часть территории подмандатной Палестины отошла к Трансиордании, которая в то время была в полной зависимости от Великобритании. Предложение же Бернадотта о том, что Иерусалим должен быть изъят у иорданцев и передан под эгиду Экономического Совета ООН, говорило о том, что Бернадотт пытается сам наладить более тесные отношения с США, которые полностью контролировали названный Совет.

Хотя действия Бернадотта и находились в противоречии с интересами СССР на Ближнем Востоке, Кремль, располагая правом вето в Совбезе ООН, вполне мог противодействовать планам Бернадотта. То есть, по-видимому, вряд ли деятельность Бернадотта на Ближнем Востоке была достаточно существенным мотивом для Кремля, чтобы «заказать» его убийство. Было что-то более важное, что подтолкнуло Москву к этому решению.

Инцидент в римском аэропорту, или грабеж средь бела дня.

Через несколько недель после убийства Бернадотта «итальянская полиция в Риме арестовала трех агентов SIS (английской разведки - Т.) при попытке вскрыть американскую дипломатическую почту. Одним из арестованных был Энтони Блант. Освободили его и его коллег из узилища спустя несколько часов после вмешательства британского посольства. Пострадавшим оказался американский дипломат Ральф Банч, бывший заместителем Бернадотта в Палестине, а после смерти графа занявший его пост.

Материалы, отправляемые им в адрес ЦРУ, оказались не чем иным, как документами, которые Шелленберг передал на хранение стряпчим Бернадотта, желая с их помощью оградить себя от уголовного преследования. Британским послом в Риме служил в это время Виктор Моллет. Одним из трех арестованных англичан был Роджер Хикс, во время войны также работавший в Стокгольме. Вскоре он неожиданно умер в своей римской квартире, принимая коллегу из SIS» (В. Абаринов, «Тень Гиммлера 2»).

Ба! Знакомые все лица, и связывают их между собой документы Шелленберга. Можно предположить, что документы, которые, как предполагал Вальтер Шелленберг, должны были стать индульгенцией его безопасности, оказались, по-видимому, смертельно опасными для Бернадотта.

Далее В. Абаринов пишет: «Известна, по крайней мере, одна попытка англичан убедить американцев, что полученные ими документы – советская дезинформация» (см. там же). Должны же были англичане хоть как-то отвести от себя подозрения американцев, получивших в свои руки важную информацию.

* * *

Примечание.

О Шелленберге. «В ЦРУ, однако (почему «однако»? Наоборот, вполне естественно - Т.), после случившегося было принято решение отложить оглашение приговора Шелленбергу и возобновить допросы, продолжавшиеся до марта 1949 года, когда здоровье Шелленберга резко ухудшилось и его госпитализировали. Врачи подозревали рак печени. Приговор огласили 14 апреля в отсутствие обвиняемого, находившегося на больничной койке. Он оказался неожиданно (ничего неожиданного в этом, конечно, не было: американцы ведь убедились в большой ценности документов из оцинкованных ящиков - Т.) мягким: Шелленберг получил шесть лет тюремного заключения. После того как доктора поставили его на ноги, допросы продолжались.

Когда Шелленбергу уже нечего было сказать, ему «скостили» срок. Он вышел на свободу в июне 1951 года и поначалу поселился в Швейцарии, однако после дипломатических протестов Лондона швейцарские власти попросили его покинуть страну.
Бывший шеф нацистской разведки переехал в Италию, британские протесты игнорировавшую. 29 октября 1951 года Шелленберг попросил аудиенцию у Папы (римского - Т.) и незамедлительно ее получил.

В своем последнем интервью в феврале 1952 года он жаловался на слежку, которую ведет за ним британская разведка. (Вероятно, до конца жизни он не подозревал, что следят-то за ним не столько из Лондона, сколько из Москвы - Т.). 31 марта он умер и был погребен на общественном кладбище в Турине» (см. там же).

* * *

Продолжим цитировать В. Абаринова. «Но зачем советским «кротам» потребовалось спасать Шелленберга с его документами? (Представляется, что из приведенного повествования совсем не следует этот странный вывод о желании Москвы, спасти Шелленберга с документами. Скорей, наоборот - Т.).

Затем, что именно эти документы содержали прямые наводки на них» (см. там же). А вот это очень важное заявление! Если это так, то становится понятным участие в неудачном грабеже Энтони Бланта. То есть, ни Лондон, ни Москва не желали, чтобы документы Шелленберга, хранившиеся у Бернадотта, попали в ЦРУ. Хотеть, конечно, не вредно.

Как пишет далее Владимир Абаринов, в распоряжении Шелленберга оказались донесения советских агентов, в частности одного из членов знаменитой сегодня «кембриджской пятерки» Дональда Маклина. Третьего из уже упомянутых нами советских разведчиков. Имеются в виду Ким Филби и Энтони Блант.

* * *

Примечание.

Несколько слов о «кембриджской пятерке».

«Кембриджская пятерка» - одна из самых известных групп советской разведки времен Великой отечественной и начала Холодной войн. «Это стало возможным, благодаря хитроумному плану вербовки «в ресурс» студентов престижных английских университетов (Кембриджа и Оксворда), которые в будущем могли занять видные посты и стать обладателями важных секретов. Автором этой, рассчитанной на многие годы вперед, разведывательной программы был начальник четвертого управления ОГПУ Меер Трилиссер…

Левые настроения захлестнули Кембридж в начале 30-х. Здесь создается "Общество культурных связей с СССР", а также "Кембриджское кинематографическое общество", которое полностью находилось в руках левых. Большим успехом левых был захват ведущих позиций в "Обществе апостолов"… Блант и ряд его близких друзей были завербованы на службу советской разведке австралийским евреем - агентом Коминтерна Арнольдом Дейчем в 1934 году…» (см. Агентура.ру).

В описываемое нами время, лето – осень 1948 года, Ким Филби работал резидентом английской разведки в Стамбуле;
Дональд Маклин - с 1940 г. секретарь посольства Великобритании в США, секретарь совместного комитета США и Англии по ядерным исследованиям; с 1948 года - начальник канцелярии посольства Англии в Каире.

«В марте 1942 года Дональд Маклин представил центру документы об интенсивной работе по атомной проблеме в Англии. В том же году советская разведка привлекла к сотрудничеству физика Клауса Фукса» (Виктория Галузинская, «Заговор посвященных», http://www.telegrafua.com/148/history/52/).

«За годы сотрудничества с советской внешней разведкой передал ей большое количество совершенно секретных документальных материалов, в том числе шифрованную переписку МИД Англии со своими посольствами за границей, протоколы заседаний кабинета министров, планы США и Великобритании по вопросам использования атомной энергии в военных целях. Его информация по этой проблематике была получена в сентябре 1941 г. и сыграла важную роль в развертывании аналогичных работ по созданию атомного оружия в нашей стране» (сайт Службы внешней разведки РФ);

Энтони Блант - служил инспектором королевской картинной галереи, что позволило ему войти в высший свет Англии. « В 1945 году А. Блант стал советником короля Георга VI. До конца 1945 года он оставался в кадрах британской контрразведки МИ-5. Свои связи в британском правительстве, министрами, личным секретарем королевы он использовал для получения интересующей советскую разведку политической информации» (информация с сайта Службы внешней разведки РФ);

Джон Кернкросс - работал в британском Министерстве финансов. Через Энтони Бланта передавал секретные документы об экономическом положении Великобритании и ее внешнеэкономической политике;
Гай Берджес перешел в Министерство иностранных дел и стал личным помощником Гектора Мак-Нейла, заместителя министра иностранных дел в лейбористском правительстве. Передавал в Москву секретные справки МИДа по различным странам, протоколы заседаний Кабинета министров, Комитета обороны и начальников штабов и т.д.

«Особую ценность представляли добытые Г. Берджесом сведения о позициях западных стран по вопросам послевоенного устройства в Европе, о военной стратегии Великобритании, НАТО, деятельности британской и американской разведок.
По заданиям разведки Г. Берджес, располагая обширными связями в правительственных, парламентских и военных кругах, активно способствовал служебному росту других агентов лондонской резидентуры, а также выполнял роль связника» (см. Сайт Службы внешней разведки РФ).

* * *

Как видим, «кембриджская пятерка» передавала секретную информацию по очень широкому кругу вопросов, касающихся внутренней и внешней политики Великобритании, положения в самых разных регионах мира и, более того, связанных с созданием атомной бомбы.
Вряд ли, конечно, это был единственный источник получения информации по данной проблематике, но - один из самых достоверных. В это время одна из важнейших задач, которую решало советское правительство, заключалась в создании атомной бомбы.

Если документация Шелленберга в руках американцев могла поставить под вопрос нормальное функционирование деятельности «кембриджской пятерки», то это и могло быть одним из важнейших мотивов ликвидации Бернадотта. (Впрочем, нельзя исключить, что в документации Шелленберга была и другая информация, опасная для Москвы).

В Кремле могли знать об опасном для разведчиков содержании документов Шелленберга. Об этом говорит тот факт, что после провала операции «грабеж» Елена Морджинская, занимавшая в свое время должность начальника 1-го отделения (Великобритания) 3-го отдела НКВД, «написала записку на имя Лаврентия Берия о том, что сеть советских агентов в Великобритании следует считать раскрытой» (см. В. Абаринов, там же).

Косвенно подтверждение этой информации можно найти в статье Михаила Любимова «А был он Англией взлелеян…»: «… листая его (Кима Филби - Т.) дело, я наткнулся на заключение по всей знаменитой «пятерке», составленное, кажется, в 1948 году и подписанное тогдашним начальником отдела. После тщательного и тенденциозного анализа был вынесен вердикт: вся «пятерка» суть подставы англичан, дезинформаторы и провокаторы» (см. «Я шел своим путем. Ким Филби в разведке и жизни», Москва, «Международные отношения», 1997, стр.10).

Заключение, или краткое описание гипотезы, обосновывающей вторую версию.

Судя по тому, в общем-то, небольшому числу фактов, явно недостаточному, чтобы утверждать наверняка, что вторая версия абсолютно верна, все же объяснение убийства графа Бернадотта одним лишь мотивом, которым руководствовались боевики ЛЕХИ, явно неполно.
Итак, более верно утверждение, что в этом громком деле были и заказчики и исполнители. Причем, мотивы тех и других были различны.
Как было показано во второй части работы, спецслужбы Кремля знали о деятельности графа Бернадотта задолго до того, как его назначили посредником в ближневосточном конфликте.

В Москве также прекрасно знали, что информация, заключенная в оцинкованных ящиках Вальтера Шелленберга, переданных последним на хранение сотрудникам Бернадотта, может иметь самые негативные последствия, по меньшей мере, для деятельности «кембриджской пятерки» («К – 5» - Т.), если она окажется в распоряжении сотрудников ФБР и ЦРУ США. В то время, судя по всему, деятельность «К – 5» ценилась в Москве очень высоко. Знали в Москве о содержании оцинкованных ящиков хотя бы благодаря разговорам Кима Филби с Шелленбергом еще с лета 1946 года.

До тех пор, пока документы находились без движения у графа Бернадотта, они не представляли для СССР никакой угрозы. Но как только Шелленберг (под угрозой вынесения смертного приговора, на котором настаивали русские и американцы - Т.) принял решение о передаче документации американцам, то есть в ЦРУ, это стало очень опасным для Кремля.

Можно предположить, что рассудив рационально, в Москве решили, что лучше всего избавиться от самого Шелленберга «досрочно». В этом случае жалобы Шелленберга на отравление вполне могли иметь серьезные основания.
После того, как с отравлением бывшего главного разведчика рейха у Москвы ничего не получилось, вероятно, и было принято решение о ликвидации Бернадотта с тем, чтобы выкрасть или выкупить у сотрудников графа немецкие документы.

Кремль связался с лидерами организации ЛЕХИ и договорился о сотрудничестве в деле ликвидации «миротворца».
Хотя у боевиков ЛЕХИ все прошло без сучка и задоринки, как и задумывалось, однако нацистские документы Бернадотт незадолго до своей смерти успел передать своему заместителю по ближневосточному урегулированию Ральфу Банчу, бывшему сотруднику разведки США, если, конечно, разведчики бывают бывшими. Дело шло к провалу.

Теперь надо было украсть фашистские документы у Ральфа Банча. Непосредственными исполнителями были английские разведчики, потому что Англия также не была заинтересована в передаче документов их союзникам-американцам.
С грабежом ничего не вышло. То ли разведчики оказались недостаточно профессиональными грабителями, то ли итальянская полиция была предупреждена заранее теми же американцами, то ли итальянские полицейские сами по себе оказались на высоте.

Получение документов в ЦРУ стало началом конца для «кембриджской пятерки». Правда, прошло еще три года, прежде чем американцы сумели вычислить Дональда Маклина и Гая Берджеса. Однако к этому времени в СССР уже прошло первое испытание атомной бомбы. Другие же члены «пятерки» продолжали работать еще несколько лет.

Иными словами, «заказчики» убийства Бернадотта в Москве руководствовались, по-видимому, соображениями геополитики, безопасности СССР и агрессивными планами Кремля в условиях начала Холодной войны. Войны, которая, вообще говоря, будь Сталин жив еще некоторое время, вполне могла превратиться в горячую.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 11 дек 2010, 00:24

Приложение № 1

А. Исаенко о жизни и деятельности посредника ООН графа Бернадотта http://www.un-museum.ru/vestnik/126.htm

Сегодня о миротворчестве говорится и пишется очень много. Однако мне хочется начать эту заметку словами "vestigial semper adore" - всегда чтите следы прошлого.
Отмечу, что имя графа Фолке Бернадотта (1895 - 1948 гг.) хорошо известно во всем мире. Племянник шведского короля Густава V, он окончил военное училище в Карлберге, затем учился в кавалерийской школе, стал офицером королевской конной гвардии, был отличным наездником, на скачках завоевывал призы.

В начале Второй мировой войны он возглавлял шведское бойскаутское движение, позднее - противовоздушную оборону и медицинскую службу. Во время войны был вице-председателем Шведского Красного Креста, а председателем был его отец - брат короля. Занимался дипломатической и гуманитарной деятельностью, в частности обменом военнопленных воюющих сторон (называется цифра до 30 тысяч военнопленных). Во время войны ставился вопрос и о военнопленных из Советского Союза, однако руководство нашей страны отнеслось к этому делу прохладно ("маршала на солдата не меняли").

Летом 1945 года за работу по линии Красного Креста он был награжден норвежским и французским орденами, университеты Копенгагена и Уппсалы присвоили ему степень почетного доктора. С 1 января 1946 вступил в должность председателя Шведского Красного Креста, сменив на этом посту своего отца, который был председателем с 1906 года (в течение 40 лет).

Поэтому не случайно 20 мая 1948 года пять представителей великих держав в Совете Безопасности ООН согласились назначить графа Бернадотта посредником в Палестине для урегулирования арабо-израильского конфликта.
Он получил назначение, когда ситуация была исключительно напряженной, добился перемирия на четыре недели, начиная с 11 июня 1948 г, подготовил план урегулирования конфликта. Однако план повергался критике как со стороны арабов, а также и израильтян. Во время посреднической миссии графа Бернадотта в Палестине был введен институт военных наблюдателей ООН, в зону конфликта начали прибывать первые военные наблюдатели ООН.

Миротворческая миссия посредника длилась четыре месяца. 17 сентября 1948 года граф Бернадотт и французский полковник Андрэ Серо (военный наблюдатель) были убиты в Иерусалиме израильскими экстремистами. Преступники не были найдены.
После смерти графа вышла в свет его книга " Вместо оружия " ("Instead of Arms"), последняя глава которой посвящена началу его миротворческой деятельности. В то время газеты пестрели заголовками: "хладнокровное убийство"; "смерть человека мира"; "решительный человек в поисках мира"; "последний путь миротворца - граф Бернадотт возвращается домой".

Трудно сказать, как бы развивались события в Палестине, если бы в самый критический момент там не оказалось графа Бернадотта. Преемник Бернадотта на этом посту через два года (1950) получил Нобелевскую премию мира за урегулирование арабо-израильского конфликта.
В 1950 году Израиль выплатил компенсацию ООН в сумме 54 628 долларов США в соответствии с консультативным заключением Международного Суда, установившего официальную ответственность Израиля за убийство.

Автор данных строк прослужил военным наблюдателем пять лет в Органе ООН по наблюдению за выполнением условий перемирия в Палестине(ОНВУП), одним из основателей которого был граф Бернадотт. Хочется закончить заметку словами - всегда благоговейте перед следами прошлого, и сказать: "Блаженны миротворцы…"

Анатолий Исаенко (ОНВУП 1973-1976), член Совета ветеранов Музея миротворческих операций.


Приложение № 2.

Забытый праведник Израиля: к 60 - летию убийства графа Бернадотта.
http://www.perspektiva.co.il/shou_file.asp?num=718

Дональд Макинтри, «Independent», 18 09 2009-11-18

Член шведской королевской семьи спас во время Холокоста несколько тысяч евреев. Но его никогда не рассматривали как кандидата на звание Праведника мира. По политическим причинам?

Откинувшись на заднем сидении, шведский аристократ голубых кровей и увешанный орденами герой двух мировых войн отдыхал от напряженной поездки, когда его большой `крайслер`, последний в колонне из трех автомобилей, начал подниматься по узкой дороге от занятого евреями Катамона к Рехавии и дому военного губернатора Иерусалима. Никто – ни находящиеся в головной машине, ни израильский капитан, назначенный сопровождать важную персону, не встревожился, когда новенький израильский военный джип развернулся и встал поперек дороги, чтобы остановить колонну: ничего особенного, просто очередной `летучий` чек-пост. Три солдата в обычных для израильской армии шортах цвета хаки подошли к головной машине, держа пальцы на спусковых крючках; трое молодых шведов и бельгиец, сидя на пассажирских сидениях, нащупали в карманах свои документы. `Все в порядке, ребята, - сказал израильский офицер, - дайте нам проехать. Это - посредник от ООН`.

В этот момент один из троих мужчин подбежал к `крайслеру`, просунул дуло своего немецкого ручного пулемета МР40 в открытое заднее окно и всадил шесть пуль в грудь, горло и левую руку шведского аристократа, и еще 18 – в сидевшего слева от него полковника-француза. Израильский капитан, по имени Моше Гильман, выскочил из первой машины и побежал к `крайслеру`. Пораженный ужасом при виде истекающих кровью тел, он несколько раз повторил: `Боже мой, о, Боже мой`, а затем вскочил на сиденье рядом с шофером и приказал ему ехать прямо в больницу `Хадасса`. Но, когда они прибыли туда, граф Фольке Бернадотт, посланник ООН, миссией которого было установление мира на охваченной войной Святой Земле, был мертв. Мертв был и обозреватель ООН полковник Андре Серо, который только за минуту перед тем поменялся местами с Гильманом, чтобы лично поблагодарить графа за спасение его жены из нацистского концлагеря три года назад.

В Иерусалиме, Стокгольме и Нью-Йорке 17-го сентября прошли устроенные шведами и ООН церемонии в память убийства Бернадотта, застреленного переодетыми в солдат еврейскими боевиками. Но на месте его гибели нет голубой мемориальной доски, какими в Израиле отмечены многие места подвигов еврейских подпольщиков и бойцов того периода. Здесь так же, как и в тот день, светит сентябрьское солнце, и абрис этого места не изменился. Можно видеть, где была устроена засада – там, где дорога начинает подниматься на северо-запад, туда, где теперь музей искусства Ислама, а за ним – Рехавия.

Но дорога – теперь это улица Пальмах – стала шире, а полудеревенский пригород превратился в оживленный район проживания западно-иерусалимского среднего класса, с пятиэтажными каменными домами и рядом магазинчиков через перекресток с улицей Ха-Гдуд Ха-Иври, `Еврейского Батальона`, от того места, где был убит Бернадотт. Сегодня только те израильтяне, у которых хорошая память, помнят, что здесь произошло – как, например, проходящий мимо житель этого района Авраам Гиннон, который в то время был 16-летним солдатом. `Это был безумный поступок, - говорит он сейчас, - Политическое убийство! Может быть, оно и остановило какой-то процесс, но все-таки...`

Хотя прошло 30 лет, прежде чем кто-либо из них признал это, убийство совершили боевики самой экстремистской националистической группы еврейского подполья, Лехи, больше известной британцам как `банда Штерна`, во главе которой стояли три человека, в том числе – будущий премьер-министр Израиля Ицхак Шамир. Графа Бернадотта, возглавлявшего во время Второй Мировой Войны шведское отделение Красного Креста, племянника короля Густава V, убили не из-за тех двух перемирий между евреями и арабами, которые он успел провести и одно из которых к моменту его гибели готово было развалиться.

Ему стоил жизни более долгосрочный план мирного урегулирования, который стремился, - напрасно, и, может быть, наивно – найти решение проблем, до сегодняшнего дня составляющих суть этого, самого неразрешимого в мире конфликта: границ, палестинских беженцев, и статуса Иерусалима. Последний пункт особенно разгневал израильтян, потому что Бернадотт сперва рекомендовал оставить город на арабской территории, а потом, в докладе, обнаруживающем большое влияние Британии и США и представленном Совету Безопасности ООН за день до его убийства – что Иерусалим должен быть под международным контролем.

Геула Коэн, бывший депутат Кнессета от крайне правой партии, которая в 1948 году была 17-летней дикторшей подпольной радиостанции Лехи, вспоминает угрозы, которые она лично посылала Бернадотту по радиоволнам в последние недели перед убийством. `Я говорила: если ты не уедешь из Иерусалима в свой Стокгольм, ты распростишься с жизнью`. А теперь, 60 лет спустя, считает ли она, что это было оправданное убийство? – `Нет никакого сомнения. Иначе у нас не было бы Иерусалима`.

Помимо ветеранов Лехи, немногие израильтяне сказали бы сейчас то же самое. Однако это убийство остается проблематичным эпизодом в ранней истории государства. В то время оно поспешно и почти в один голос осуждалось израильской прессой. Первый глава правительства Израиля, Давид Бен-Гурион, воспользовался им, чтобы свалить – и фактически уничтожить – группу Лехи и арестовать сотни ее деятелей. Если это убийство к чему-то и привело, так это к тому, что оно облегчило путь большинства членов Иргуна и Лехи в израильский мэйнстрим. Но никто из причастных к убийству не был найден или призван к ответу; историк Бенни Моррис говорит, что у Бен-Гуриона были, возможно, `внутренние политические причины` не желать, чтобы убийцы были пойманы.

Полицейское расследование началось только через 24 часа после убийства и было, согласно книге `Бернадотт в Палестине, 1948 год` – авторитетному и замечательно объективному труду израильского историка Амицура Илана – проведено `любительски`. Только в 1995 году Шимон Перес впервые официально выразил `сожаление, что граф был убит террористическим методом`. И, наконец, помешало ли убийство, наряду с его мотивами, признанию заслуг Бернадотта в спасении в 1945 году большого числа узников нацистских концлагерей, в том числе – нескольких тысяч евреев?

История шведских `Белых автобусов` с красными крестами, призванными уберечь их от бомбардировок союзников, на которых в период с марта по май 1945 года вывозили узников нацистских лагерей в рамках самой большой – хотя, к несчастью, и запоздалой – операции по спасению, неоднозначна. Однако, благодаря ей, в Швеции оказалось около 21 000, а в течение месяца по окончании войны – еще 10 000 человек. Из этого числа 10 000 были евреи, что составляет самое большое историческое достижение этой операции. И операция эта навсегда – в том числе в мемориальном музее Яд Ва-Шем в Иерусалиме – связана с именем Бернадотта, возглавлявшего в то время шведский Красный Крест и добившегося освобождения узников в переговорах с Генрихом Гиммлером (тайным и неисполненным желанием которого было заключение сепаратного мира с западными странами, минуя Сталина).

Израильская писательница, родом из Польши, Мириам Акавия, и ее муж Ханан, ставший израильским дипломатом в Швеции и в его родной Венгрии, всегда испытывали непоколебимую благодарность Бернадотту. Оба выжили в Холокосте, почти все их родственники погибли во время Второй Мировой войны, а сами они подростками пережили не поддающиеся воображению ужасы Освенцима и Берген-Бельзена – каждый из них весил при освобождении не больше 25 килограмм. Оба они получили помощь, в которой нуждались так отчаянно, благодаря миссии Бернадотта.

В отличие от большинства спасенных, Мириам и Ханан были, каждый по отдельности, доставлены в Швецию (где и познакомились) после освобождения Берген-Бельзена. Чтобы понять, что это значит, стоит осознать, в каком состоянии были узники этого лагеря, если 10 000 из них умерли уже после прибытия британских солдат. Мириам писала об этом `печальном освобождении`: `Я лежала на груде трупов, моя сестра Луиза – рядом со мной, а наша мама была там с нами, но уже неживая. Для нее война закончилась слишком поздно... Шведы выбрали самых слабых и больных. От нас не осталось почти ничего. Они подлечили нас, одели нас, обследовали нас, накормили нас витаминами и маслом из печени трески и разослали по разным красивым местам, большей частью – в больницы`.

Ханан Акавия, который сегодня говорит о графе Бернадотте как о `спасителе`, рассказывает, что он был таким худым и больным, что `Если бы шведы не спасли меня, я не представляю себе, как бы я мог выжить. Это означало выздоровление и новую жизнь`. А его жена говорит о тех временах: `Я не знала, кто такой Бен-Гурион. Но я знала о графе Бернадотте`.

Мириам рассказывает, как ее подругу, Рину Фрид, которой было тогда 16 лет, и которая тоже приехала позже в Израиль, чтобы начать новую жизнь, погрузили в поезд, `переполненный едва живыми полутрупами женщин` из ее концлагеря, и она ехала на верную смерть, когда была спасена шведской миссией. Поезд остановился, и к изнеможенным женщинам подошли иностранцы, неся еду и питье. `Мы едем в Швецию, - сказали они, - Ваше рабство кончилось`.

Супруги Акавия очень хотели бы видеть графа Бернадотта поименованным в музее `Яд Ва-Шем` в числе других `Праведников Мира` – этот титул был присвоен 22 000 неевреев из 44 стран мира за помощь в спасении евреев от Холокоста. Ханан Акавия был первым из выживших в Холокосте евреев, кто в семидесятых годах написал родственникам Бернадотта в Швецию благодарственное письмо; он поддерживает связь с семьей графа. На тему шведской миссии в музее `Яд Ва-Шем` заведена папка, но этот случай никогда не рассматривался специальной комиссией, решающей, кто должен быть почтен как `Праведник Мира` – что составляет для супругов Акавия предмет постоянных горьких сожалений.

Ища объяснения этому и вспоминая, что в 1995 году, когда в Тель-Авиве была проведена церемония в память `Белых автобусов`, израильская пресса разделилась во мнениях относительно ее уместности – из-за разногласий по поводу мирной программы Бернадотта – Ханан добавляет: `Это только предположение, и я не могу знать, что стоит за этим на самом деле, но я думаю, все из-за того, что его убили`.

Акавия предполагает также, что признание Бернадотта `Праведником Мира` могло бы подвигнуть короля и королеву Швеции сделать то, чего они, почти безусловно из-за убийства их родственника, никогда не делали – посетить Израиль. На вопрос об этом один высокопоставленный шведский дипломат не ответил отрицательно. И, с большей уверенностью, чем Акавия, он связал между собой два события, - акт непризнания Бернадотта Праведником Мира и акт его убийства - сказав: `Я не думаю, что это признание состоится, пока жив Ицхак Шамир`.

Любую связь такого рода энергично отрицает музей `Яд Ва-Шем`, заявляя, что он совсем не проигнорировал Бернадотта – и действительно, в музее представлен один из `Белых автобусов`. Музей отмечает также, что Комиссия о Праведниках – это независимый орган под председательством Верховного Суда, который скрупулезно проверяет факты, и, возможно, граф Бернадотт, сумевший спасти этих людей путем переговоров с нацистами, не отвечает главным критериям, по которым тот, кому оказывается такая честь, должен был для спасения евреев рисковать собственной жизнью.

Миссия Бернадотта не была, согласно большинству историков, лишена риска, хотя и иного рода, чем тот, которому подвергались при спасении евреев другие – слишком немногие – неевреи во время Второй Мировой войны. Поездки в Германию тех времен с миссией, которая могла провалиться, были достаточно рискованными сами по себе. В своей книге `Смерть в Иерусалиме` Кэти Мартон замечает, что Бернадотт `не слишком берег свою жизнь`, часто сопровождая `белые автобусы` на машине и подвергаясь атакам с воздуха союзников. Союзники бомбили эти автобусы трижды и убили 16 только что освобожденных узников. Позже, в Иерусалиме, он настаивал на том, что должен подвергать себя опасностям в той же мере, что и его обозреватели от ООН. А Илан говорит, что периодические поездки Бернадотта между Швецией, Данией и Германией весной 1945 года `были порой весьма рискованными`.

Иегуда Бауэр, ведущий израильский историк Холокоста, считает также, что среди Праведников Мира есть `прецеденты` – не все они подвергались опасности со стороны стран Оси. Он рассказывает о японском консуле Сугихара, выдававшем визы отчаявшимся беженцам в оккупированной Советами Литве, который выдвигался затем на посты в Будапеште и Праге. Профессор Бауэр, высоко оценивающий честность Комиссии Праведников, указывает на то, что миссией Бернадотта было спасение не евреев, а скандинавов. При этом он спасал и евреев. `Я был бы за него (если бы его выдвинули на звание Праведника Мира), но я не уверен, что смогу убедить других`, - говорит он.

Другие причастные к миссии люди приписывали Бернадотту личный расчет. Среди них – его друг Гиллель Шторх, стокгольмский представитель Еврейского Конгресса, который, возможно, был движущей силой за спасением Бернадоттом евреев, и Феликс Керстен, квази-врач Гиммлера, который также повлиял на освобождение евреев в 1945 году. Однако злобная попытка Керстена дискредитировать Бернадотта, говоря о его второстепенной роли в этой миссии, и – при помощи фальшивого документа – обвиняя его в антисемитизме, не прошла испытания временем. И, несмотря на попытки ветеранов Лехи воспользоваться последним - теперь уже опровергнутым - обвинением для того, чтобы задним числом оправдать его убийство, более доскональный анализ истории очистил его репутацию от обоих подозрений.

Бернадотт – `весьма достойный человек`, как говорит о нем профессор Бауэр – не был совершенством. Илан характеризует его по выполнении миссии 1945 года как человека `простодушного, с добрыми намерениями, энергичного, отважного, и неглубокого – способного руководить, но ограниченного в способности ориентироваться в сложных обстоятельствах без хорошего советника`.

Благодаря его миссии были спасены несколько тысяч евреев. В этом сомнений нет. И поэтому Ханан и Мириам Акавия, оба восьмидесяти с лишним лет, вместе с другими поехали вчера, 17 сентября, из Тель-Авива в Иерусалим, в здание YMCA, где находился оффис посредника ООН и где его тело лежало рядом с телом полковника Серо той сентябрьской ночью 1948 года. Там состоялась небольшая церемония, и Матс Бергквист, бывший посол Швеции в Тель Авиве и Лондоне, прочитал лекцию о жизни Бернадотта. Эти люди не собираются хоронить память о нем.


Приложение № 3 Яков Кротов.

http://www.krotov.info/yakov/5_hist/61/israil.htm


20 мая 2009 года в возрасте 91 года умер в Иерусалиме Егошуа Цетлер. Жил в Тель-Авиве, владел бензоколонкой в Яффе. Считался «правым», потому что не желал отдавать арабам ни пяди завоёванной евреями земли. Этот «правый» 17 сентября 1948 года организовал убийство представителя ООН шведа Фольке Бернадотта и его помощника француза Андре Серо. Двоих убийц правительство Бен-Гуриона отправило в тюрьму. На несколько месяцев. Формально имена убийц неизвестны, реально – известны все, умирают, окружённые почётом.

Совет безопасности ООН назвал убийство «трусливым поступком … преступлением группки террористов». В 1995 году Шимон Перес, министр иностранных дел Израиля, выразил официальное сожаление по поводу того, что Бернадот был убит так, как это делают террористы. Еврейский национальный фонд посадил «рощу Бернадота». Цетлер вспоминал: «Бернадот не реагировал на наши демонстрации с лозунгами «Прочь из Иерусалима, убирайся в Стокгольм», так что у нас не было иного выбора».

На самом деле, Бернадот был виноват тем, что считал необходимым установление контроля ООН над Иерусалимом и помощь в возвращении арабов на родные земли. Позднее израильская пропаганда утверждала, что арабы сами не хотели возвращаться. Бернадот предлагал мирный план, Израиль хотел продолжить войну «за освобождение». По этой логике все евреи, которые не реагируют на лозунг «Убирайся в Израиль, жидовская морда», подлежат расстрелу.

Кстати, Циглер напрасно убил Бернадота: мирный план, предложенный графом 16 сентября, правительство Израиля и не считало возможным принять, оно уже готовилось к войне. Чего Циглер и хотел. В сентябре 1940 Цетлер с другими членами т.к. «банды Штерна», она же «Борцы за свободу Израиля» участвовал в ограблении банка в Тель-Авиве. Деньги были нужны на освободительное движение. Как один из лидеров Иргуна, Цетлер участвовал в первом организованном евреями нападении на арабское поселение – это был Бир Адас.

Бернадот, член королевской семьи, был дипломатом и добился от Гитлера освобождения из концлагерей 31 тысячи заключённых (так называемая миссия «белых автобусов» - под бомбёжками ехали колонны из автобусов, выкрашенных белой краской с красными крестами на крышах). В числе прочих, он освободил несколько тысяч евреек из Равенсбрюка. У него было четверо сыновей, живо много правнуков. Всё ещё жив другой организатор убийства Бернадотта – Исхак Шамир, родившийся в 1915 году и побывавший премьером Израиля.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение ashdod » 11 дек 2010, 20:56

Господин Tortuar! Ваш рассказ - версия очень интересен. Сразу ответить как-то нечего. Нужно чтобы улеглось.
С любопытством, по ссылке, впервые почитал бывшего еврея Якова Кротова, его тезисы против Израиля (народа и государства). Поражен низостью этого еврейского перевёртыша. По-моему, ему кажется что это умер не он сам как еврей, а что это умер весь Израиль. И он добросовестно пытается нас похоронить. Закапывает нас живьем, лопатой. Причем делает это артистично, на публике, в лучших традициях наших исконых могильщиков. Надеюсь, внимательная публика, с диагнозом ему не ошибется.
Аватара пользователя
ashdod
 
Сообщения: 4014
Зарегистрирован: 14 мар 2010, 17:33
Откуда: Israel

Share |

Re: Загадка убийства графа Бернадотта (исторический рассказ - версия

Сообщение Tortuar » 12 дек 2010, 14:52

Господин Ashdod! К сожалению, многие вопросы, которые возникают, при изучении истории современного Израиля, остаются без ответа, так как то ли архивы закрыты, то ли воспоминания неполны. То же можно сказать и советских архивах, связанных с Израилем.
Интересно и то, что у израильских историков или репатриантов, занимающихся историей Израиля, почему-то таких вопросов не возникает.
Возьмем для примера простой эпизод, рассказываемый чуть ли не всеми экскурсоводами Иерусалима. Я имею в виду взрыв гостиницы «Король Давид» летом 1946 года. Сегодня во всем обвиняют Бегина и только. М. Штереншис в своей книге «История государства Израиль» пишет, что «Бегин позже намекал, что и он не был во все детали посвящен». Книга вышла в 2003 году. Было достаточно времени разобраться. Бен-Гурион, будучи в Париже, заявил «Иргун - это враг еврейского народа».
Что произошло за пределами Иерусалима - непонятно.
Так что же хотел Бегин? Бегин заявлял, что его люди не хотели жертв, поэтому предупреждали администацию отеля, но те почему-то не объявили всеобщую эвакуацию. Более того, Тот же Штереншис на стр. 128 пишет, что информацию о бомбе передали во французское консульство и «Палестайн пост» (нынешняя «Джерусалем пост»). Однако, как я понимаю, до сих пор считается, что Бегин не сказал правду.
В то же время, несколько лет назад, когда умер бывший мэр Иерусалима Тедди Колек, вдруг прошла информация о том, что Колек выдал ЦРУ Кима Филби. Какова между ними была связь, непонятно. Колек, вроде, сам об этом хвастался в воспоминаниях. Ну, не об этом речь. Одновременно почему-то написали, что англичане не провели эвакуацию из отеля, потому, что им не отдал распоряжение не кто-нибудь, а Ким Филби! Причем здесь Филби, тоже непонятно. Он еще не был резидентом в Стамбуле, он работал не в контрразведке, т.е. МИ 5, а в разведке, т.е. МИ 6. Почему он не отдал соответствующее распоряжение об эвакуации, тоже непонятно. Но всех этих вопросов ни у правых, которые, казалось бы, должны защитить Бегина от клеветы Бен-Гуриона, ни у левых, для выяснения истины, не возникает. Все довольны.

Моя же гипотеза следующая. Я верю Бегину. Он не хотел жертв, тем более, гибели евреев. И не верю Бен-Гуриону.
Скорей всего, операция была подготовлена ЭЦЕЛем совместно с представителями НКВД в Хайфе. Однако если целью Бегина, в то время, было запугать англичан, и цель эта была согласована с Бен-Гурионом, то цель НКВД состояла в углублении противоречий между сионистами и англичанами, с одной стороны, и между Бегиным и Бен-Гурионом, с другой.
Ким Филби в то время работал в отделе, который занимался подготовкой операций против СССР. Однако, хотя он относился к разведке, но в рамках ее, т.е. МИ 6, он работал в контрразведке при МИ 6. И все же почему он оказался оперативником, которому позвонили из Иерусалима, непонятно. Но исходя из моих предположений, он конечно же, должен был предотвратить эвакуацию служащих отеля. И Москва тем самым достигла своей цели, перессорив одних с другими.
Аватара пользователя
Tortuar
 
Сообщения: 728
Зарегистрирован: 04 апр 2010, 15:56


Вернуться в Израиль - страницы истории

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и гости: 1

cron